— Костя, — сказал я. — У меня уже нет понимания «пятёрок». Для меня вы все совершенно равнозначны. Вы все мои друзья. И с ними, и с вами, со всеми я связан кровными клятвами. Вы — моё боевое братство. Я ради любого пойду на бой. Каждому из вас прикрою спину, всегда приду на помощь и буду зачищать, как родных, точно так же, как защищал Аду, мать, отца, брата, деда. Я защищу вас точно так же, как родную страну. И вы для меня все родня. И даже больше. Поэтому я к вам так и отношусь: как к семье. Как к собственному клану.
Тут я решил, что подобных слов недостаточно, поэтому перешёл к конкретике.
— Что могу сказать: у нас теперь есть опорная база — анклав в Горячем Ключе, на окраинах захваченной демонами Тохарской империи. И мы будем медленно, но верно очищать Тохарскую империю и восстанавливать её. Вас за собой я не погоню. Не буду заставлять делать что-либо. Но это моя задача в этой жизни. Я буду восстанавливать собственную родину. И когда я вам говорил, что обосную свой собственный род и возвещу о возвращении Аденизов из небытия, то вместе с тем имел в виду, что начну камень за камнем отстраивать новую империю. А вам предстоит решить самим: останетесь ли вы на родине или отправитесь со мной.
— Я всегда с тобой, — кивнул Костя. — А пока, наверное, вам есть о чём поностальгировать после столь долгой разлуки, — он посмотрел на Артёма Муратова и кивнул ему. — Мы же с Артёмом сходим к Мирославе и попробуем пробиться к ней через ментальные заслоны. Может быть, получится её вывести — так же, как она сама в своё время ходила за Артёмом. А вы пока пообщайтесь. Вам тоже есть что обсудить из той жизни.
— И хоть мы её тоже видели, — сказал Артём, поднимаясь, — но, видеть и прожить — это разные вещи. Поэтому пока мы вас оставим.
Я кивнул и улыбнулся в ответ:
— Мы тоже скоро подойдём, проведаем Мирославу. Потому что нужно будет решать, как ей помочь. После всего того, что она сделала для нас, мы не оставим её в таком состоянии ни в коем случае. Если понадобится, пойдём к богам. Если нужно — куда угодно пойдём. К Азарету пойдём. И будем узнавать: может быть, там, в их мире, есть заброшенный храм Арахны. И если что, проберёмся туда сами. А пока попробуем своими силами. Так что, если не получится у вас, то будем искать другие варианты.
Костя и Артём вышли, оставив Виктора с остальными. Тагай вышел вслед за ними и придержал Артёма за плечо.
— Что такое? — спросил Муратов.
— Пусть Костя идёт один, — ответил ему Тагай. — А мы с тобой чуть позже подойдём.
— Не понял, — сказал Муратов, подняв глаза на Тагая.
— Дай им возможность побыть немного вдвоём. Потому что, насколько я знаю, наш друг перед началом битвы чуть ли не предложение Мирославе сделал на тот случай, если они выживут. И они, вроде бы, хотели быть вместе. Поэтому давай дадим им немного времени побыть наедине.
— Да, без проблем, — сказал Муратов. — А мы тогда что делать будем?
— Я сейчас попробую обратиться к богине, — ответил Тагай. — Уточню один вопрос. А то, может быть, и не стоит тебе в клинч входить. Они у тебя, если честно, так себе получаются.
— Вот давай только не будем, — с усмешкой ответил Муратов. — Тебе бы в башку вкачали чуть ли не пятьсот лет чужой памяти и разгребай там в одиночку, так что нормально у меня клинчи выходят. Не хуже, чем у многих. Это просто вы мне такие сверхзадачи ставите.
— Ладно, ладно, — хмыкнул Тагай. — Но я всё же спрошу Арахну. Может быть, она поможет. Битву-то мы выиграли. Так что вдруг за это что-то причитается?
Тагай принялся расчерчивать паутину призыва собственной кровью. У него был с собой ещё и скипетр, который серьёзно облегчал задачу. Затем он немного зачерпнул силы с местного разлома и позвал Арахну.
— Говори, — сказала богиня. — Я тебя слушаю.
— Богиня Арахна, — сказал Тагай, — у нас беда с Мирославой. Не знаем, что с ней произошло. Своего отца она, конечно, сломила, но получается, что сейчас она в таком состоянии, что близка к небытию.
— Да, я вижу, — ответила Арахна спустя секундной паузы, — и помогу. Вы хорошо справились с заданием. Главное, что вы научились работать в команде, поддерживали друг друга, страховали, дали возможность каждому из вас реализоваться максимально. Несите её в храм. Не занимайтесь самодеятельностью, вы и так уже один раз попытались.
— Спасибо, богиня, — сказал Тагай. — В ближайшее время, как только сможем, сразу же принесём к тебе.
В это время Костя зашёл в палату к Мирославе, и даже немного оторопел от неожиданности.
Дело в том, что над кроватью девушки склонилась женщина, поправляя одеяло. Услышав, что кто-то вошёл, она обернулась.
И Костя понял, что женщина эта невероятно похожа на Миру: те же светлые волосы, светлые глаза. Он почувствовал, что язык его не слушается. Всё, что он смог выдавить:
— А вы…?
— Да, — улыбнулась женщина. — Я — мама Мирославы. А вы, я так подозреваю, Константин?
— А вы откуда знаете?.. — подозрительно проговорил Жердев.
