Он заставил меня залезть к самому форштевню, и я схватилась за шершавый канат. Ночной ветер неожиданно ударил мне в лицо, сорвав шарф. Светлая полоска ткани, трепеща, исчезла в темноте.
— Отпусти, не бойся, я тебя держу! — Сэф обнял меня за талию.
— Что еще за сцена из «Титаника»? — нахмурилась я, но отпустила канат. А потом огляделась.
Под ногами была бездна. Вокруг была бесконечность — я была наедине с ней, я больше не чувствовала поцелуев, которыми Сэф покрывал мой затылок. Космос обрушивался на меня, превращая в одну из сверкающих точек. Как говаривал старина Кант, звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас... Но Сэф вернул меня на палубу «Мотишты».
— А вот и они. Смотри!
Сэф показывал на два зеленых огонька на небосводе. Они, то мерцали поочередно, то вспыхивали вместе, окружаясь ореолом. Казалось, две звезды, взявшись за руки, кружились в танце.
— Это и есть Изумрудные Любовники? — спросила я. — А почему их так называют?
— Есть одна легенда.
— Расскажешь?
— Не сейчас, — Сэф развернул меня к себе. Я опустила глаза под его жадным взглядом.
— Сэф, не надо. Я же говорила, что сама не знаю...
— А я тебе помогу разобраться, — невозмутимо сказал он и осторожно провел пальцем там, где жесткая туника соприкасалась с кожей. Я сглотнула слюну. Теплые губы припали к ямочке между ключицами, руки скользнули под тунику, вдоль позвоночника, почти не касаясь... Звезды слепили глаза. Ноги слабели, становились ватными...
— Сэф! — умоляюще прошептала я.
— Потом, солнце мое, потом, — пробормотал он. Его рука легла мне на живот. И тут мы услышали приглушенные голоса. Сэф нехотя отпустил меня, а я украдкой стерла с лица и шеи невидимые следы поцелуев. Ну, и кто явился в роли моего спасителя? Ведь я, несомненно, пожалела бы наутро о своей слабости. А может, нет? Может, это глупо — хранить верность даже не человеку, а придуманному идеалу? Сгорать в огне бессмысленной, почти беспредметной страсти?
На палубе стояли Денис с Нолколедой. Они смотрели на нас с холодным неодобрением — ни дать ни взять обманутые супруги. Нолколеда держала Дениса за руку. Этот многозначительный жест привел меня в бешенство. А потом мне вдруг стало смешно и грустно. Я представила себе подобную ситуацию — этакий четырехугольник — на Земле. Какая была бы драма! Как трещали бы судьбы, разрываясь пополам! Но здесь... Сейчас мы действительно были друг для друга самыми близкими людьми. Наши мелкие ревности и ссоры казались игрушечными под этим чужим небом. Что делить нам, которым выпало разделить судьбу Лаверэля...
Утром на горизонте появились скалистые, неприступные берега Норранта. Мы по очереди отнимали друг у друга подзорную трубу, любезно предложенную старшим помощником Брайтисом.
Суровая, величественная красота севера... Здесь не было земли, почвы, только камни — словно кожа планеты лопнула от напряжения, обнажая могучие мышцы. Боги, создававшие этот край, боялись ровных линий. Весь берег был изрезан, искромсан: бухточки, острова, полуострова, мысы, фиорды... И все каменное, гранитное, крас- но-серое, окруженное пронзительной синевой моря и неба. «Мотишга» осторожно ползла среди скал. Лоцман, сверяясь с картами, лотом вымерял глубину.
Между разбросанных повсюду гранитных валунов рос камыш, качались белоголовые ромашки. Волны с шорохом и плеском разбивались о валуны, век за веком шлифуя их до зеркального блеска. По скалам взбегали наверх пушистые сосны. И на камнях растут деревья... За что они здесь держались, эти акробаты-виртуозы?
И вдруг — уже не помню, кто закричал первый, указывая на небо, — над берегом медленно пролетела гигантская птица. Ее оперение на солнце сверкало ультрамарином. Извивался длинный хвост с острым шипом на конце, помогая держать равновесие и парить в воздушных потоках. Рогатая голова повернулась к нам, раскрылась пасть, оттуда явственно полыхнуло пламя...
— Дракон! — воскликнул Сэф.
Дракон сложил крылья, хвост свился мощной пружиной, и сказочное существо с реактивной скоростью исчезло за лесом. Я едва не плакала — от северного ветра в лицо и от восторга. А еще от любви к этому миру, где невозможное становится возможным, а легенды — былью. Как отблагодарить судьбу, подарившую мне Лаверэль?
Часть 4 МИЛЛАЛЬФ
1. Пеглевы дети
Еще целый день мы плыли вдоль побережья к устью реки Гленсы. Сенс Зилезан развлекал нас лекциями о Норранте.
