Сэм вышел из кинотеатра на Сорок седьмой улице, посмотрел на Восьмую авеню. Вывески других кинотеатров сверкали, словно драгоценные камни. По сравнению с ними кинотеатр, который он осматривал, казался маленьким и невзрачным.
Агент по продаже недвижимости, заперев дверь, подошел к Сэму.
— Достаточно выкрасить здание, и вы в деле, мистер Бенджамин.
— Что-то я сомневаюсь.
— В остальном полный порядок, — гнул свое агент. — Кинопроекторы и динамики совсем новые. Прежний владелец, бедняга, умер, едва установив их.
— А есть у него лицензия на показ кинофильмов?
— Пятого разряда, — быстро ответил агент. — Точно такая же, как и у соседних кинотеатров.
Сэм вновь оглядел вывески. Система лицензий определяла очередность показа кинофильмов. Новинки, естественно, поступали в перворазрядные кинотеатры, располагающиеся на Бродвее. А на Восьмую авеню они попадали гораздо позднее, после того, как их успевали посмотреть состоятельные зрители.
— Мне это не подходит, — принял решение Сэм.
— Вы поступаете опрометчиво, мистер Бенджамин, — агент все еще не терял надежды. — Возможность-то превосходная. Если бы не скоропостижная кончина прежнего…
— Я рассчитывал на другое, — отрезал Сэм.
— Наверное, вы представляли себе что-то вроде «Биджо», — с сарказмом заметил агент.
Речь шла о единственном пустующем кинотеатре на Бродвее, расположенном около Сорок второй улицы. Он почти всегда собирал полный зал, но слишком уж велики были эксплуатационные расходы. «Биджо» уже разорил нескольких смельчаков и теперь его обходили за милю.
— Возможно, вы правы. Вы можете мне помочь?
— С десятью тысячами долларов нечего и начинать.
— А сколько мне понадобится денег?
— Аренда стоит пять тысяч в месяц. Сразу надо внести пятнадцать, за первый, второй и последний месяцы.
Семь тысяч идет в профсоюзный фонд. Еще три в месяц — на электричество. Плюс залог за мебель и аппаратуру. Полагаю, можно уложиться в пятьдесят тысяч.
Сэм смотрел на агента, мысленно прикидывая свои ресурсы. Более пятнадцати тысяч у него не набиралось.
— И не забывайте, что за прокат придется платить по четырнадцать сотен в неделю, поскольку «Биджо» на Бродвее, а потому дает самый высокий доход, — добавил агент. — А кинопрокатные конторы всегда хотят урвать кусок пожирнее.
Сэм кивнул.
— Давайте подойдем туда.
— Вы думаете, это вам по средствам? — усомнился агент.
— Не попробовав, не узнаешь, — ответил Сэм.
Как оказалось, для того, чтобы открыть кинотеатр, требовалось не пятьдесят, но тридцать пять тысяч долларов. То есть оставалось раздобыть только двадцать тысяч.
Вновь он сидел в мастерской отца. Они оба смотрели, как здоровяк-негр управляется с гладильным прессом.
— Ты советовал мне не обращаться к чужакам. Поэтому я пришел к тебе.
— Сколько тебе нужно? — спросил его отец.
— Двадцать тысяч долларов.
— Ты думаешь, дело выгодное?
— Я вкладываю все, до последнего цента. Пятнадцать тысяч долларов.
Его отец постоял, задумавшись. Затем подошел к конторке, выдвинул ящик, достал чековую книжку. Посмотрел на Сэма.
— Ты знаешь, как выписывать чек?
Он едва не разорился до открытия кинотеатра. Гарантии, которые требовали кинопрокатные конторы, гарантировали только одно: при полном зале он обанкротился бы через двадцать недель, во всех остальных случаях — значительно раньше.
В отчаянии он сидел в маленьком кабинете, в который раз проверяя сделанные им расчеты. Итог, к сожалению, не менялся. Предстояло решить: открываться через десять дней, с начала месяца, или сразу выбросить белый флаг.
В открытую дверь постучали, и Сэм поднял голову.
На пороге стоял высокий, симпатичный блондин.
— Мистер Бенджамин?
— Я самый, — кивнул Сэм.
Мужчина вошел в кабинет, достал из кармана визитную карточку, положил на стол.
— Вот моя визитка, — говорил он с легким акцентом.
Сэм взглянул на нее.
Эрлинг Сольвег. «Свенска Филминдастри».
— Чем я могу вам помочь, мистер Сольвег?
— Я представляю шведские киностудии. Мы ищем кинотеатр на Бродвее, который согласился бы демонстрировать наши фильмы. У нас есть несколько картин, которые достойны вашего внимания.
Сэм вновь посмотрел на визитку, потом на мужчину.
Положение-то отчаянное. И любая соломинка казалась спасительным бревном.
— Фильмы дублированы?
— Нет. С субтитрами.
— Не пойдет, — отрезал Сэм. — Их смотреть не будут.
— Но Бурстин и Майер живут, не тужат, показывая в «Риэлто» итальянские фильмы, — возразил Сольвег.
— «Открытый город» получил отличную прессу.
— Мы уверены, что наши фильмы не хуже.
— Мне очень жаль, но с недублированными фильмами нечего и соваться на рынок.
Сольвег задумался.
— Возможно, один фильм вам подойдет. Герои — два американских солдата. Они говорят по-английски. Остальные, правда, на шведском и немецком.
— У американцев большие роли?
— Главные. Они играют двух солдат, сбежавших от нацистов и укрывшихся в поселке нудистов. Очень забавный фильм. И к тому же цветной.
— В поселке нудистов? — заинтересовался Сэм.
— Да, но соблюдены все приличия. Никаких непристойностей. Я надеюсь, вы выкроите время посмотреть его.
— Комиссия по нравственности разрешила показ фильма?
