– А она у тебя?..
– Я всё потерял… – соврал он.
Джем был прав в своем предположении. Итальянцу нужно было это видео – для шантажа, и списки клиентов, пользовавшихся услугами "фирмы", – тогда он прижмёт своих бывших коллег к стенке и заставит их снова взять его в долю, а со временем – обойдется и без них.
Удары, сотрясающие вход в наше убежище, стали ещё сильнее, как вдруг снаружи послышался странный шум – будто кто-то хлопал в ладоши, только гораздо громче, – и крики… Крики, от которых у меня кровь в жилах заледенела, хотя я уже и так была напугана до смерти.
Ходячий мертвец засуетился и стал усердно царапать дверь, как собака, почуявшая приближение хозяина. Наконец, там всё стихло, слышно было только, как когти корябают железо…
И тут мне в лицо ударил свет – свет погожего осеннего дня. В подземелье ворвался свежий воздух, напоенный запахом спелых яблок, жухлой травы и листвы, уже сбрызнутой золотом… Господи, а небо-то какое синее и чистое!.. Высоко-высоко летел журавлиный клин, прощально курлыкая, – и так мне стало вдруг хорошо, что я поняла – всё закончилось.
Только потом, насладившись синевой неба и кружевом дрожащих на ветках прозрачных листьев, я перевела взгляд вниз – на грешную землю – и увидела незнакомого человека.
Он был безликий, неприметный. Никогда мне не приходилось встречать ещё людей с таким напрочь лишенным индивидуальности лицом. Разве вот только глаза… Я не смогла тогда подобрать слова, чтобы выразить их сущность, – только потом, спустя время, я осознала, что он смотрел так же, как те странные существа на свалке…
***
Обнаружив незнакомца, я поискала глазами Джема – и поразилась: он дрожал от страха. Зато наш ужасный сосед радостно бросился к тому, и он ласково взял его на руки, точно ребенка.
– Разве вам не хочется сказать мне спасибо? – осведомился незнакомец.
Вокруг валялись трупы бандитов, их животы были вспороты, а кишки… Я почувствовала могучий рвотный позыв и отвернулась.
– Кто вы такой?
– Ваш друг со мной уже знаком. Он называет меня Бесцветным, и вы можете звать так, хотя с тем же успехом меня можно было бы окрестить Безликим, Безымянным… Безжалостным…
Потом мы сидели на траве, греясь в лучах заходящего солнца, а он выкопал яму и сбросил туда тела убитых.
– Один сбежал, – сказал он. – Чернявый такой… Вы не хотите прочитать над ними поминальную? – вежливо уточнил он у меня.
Я покачала головой. Он стал засыпать могилу. Выпотрошенный сидел у дерева, обнимая его руками. Я старалась не смотреть в его сторону. Когда с этим было покончено, Бесцветный сказал:
– Иди сюда, Рувир, – и снова поднял мертвеца на руки.
Потом он отнес его к пруду, посадил в воду, и принялся копать неподалёку еще одну яму. Я подошла поближе. Когда яма была готова, он вытащил выпотрошенного из воды, и положил его на дно ямы, поцеловал, вылез и… стал засыпать его землей.
– Что же вы делаете?! Он ведь – живой! Почти…
– Как человек он давно умер, – спокойно ответил Бесцветный. – Я посадил его в землю, и со временем он станет деревом.
– Это метафора?
– Нет. Это – мутация, – бесстрастно поправил он, продолжая засыпать яму.
На выпотрошенного падали комья земли, но он только бессмысленно моргал.
– Он уже дал ростки, – пояснил Бесцветный. – Я выкрал его из морга, потому что там бы его отправили в печь…
– А убил его перед этим – тоже ты? – Джем неслышно подошел и встал рядом.
«Очухался, наконец!..»
– Да… – просто ответил Бесцветный. – Он был слишком опасен для людей. И кое-кто этим пользовался.
Засыпав яму, он отбросил лопату, отряхнул руки, и ведром натаскал воды, полив место захоронения.
***
– Вам нельзя оставаться тут, – сказал Бесцветный чуть позже.
Мы ужинали, а он сидел и смотрел, как мы едим. У меня и так кусок не лез в горло, а тут ещё он уставился!
– Сами знаем! – буркнул Джем.
– У меня есть на примете одно местечко – туда вряд ли кто-нибудь сунется.
Джем молчал, пыхтя как паровоз. Я поняла – назревает скандал.
– Вот что, парень, – начал Джем многообещающим тоном, – валил бы ты отсюда! Ты нам помог, мы тебе за это очень благодарны, но больше в твоих услугах не нуждаемся.
– Ошибаешься… – спокойно ответил Бесцветный. – Ты, видимо, решил, что все твои враги – мертвы?
– А ты знаешь кого-то, кто еще имеет на меня зуб?
– Конечно.
– И кто же? Итальянец?
– Твой дядя…
Я вздрогнула и нечаянно уронила вилку. А Джем выскочил из-за стола и заорал:
– Ну вот что! Этот припев мне уже порядком осточертел!.. Твой дядя! Твой дядя!.. Скапустился дядя! Преставился, родимый, а ты – катись к дьяволу!..
Бесцветный резко поднялся с места, и я решила, что Джему не миновать взбучки. Но вместо этого тот вышел и вскоре вернулся, волоча за собой хнычущего и упирающегося – кого бы вы думали? – достопочтенного доктора Реджа… Выглядел, правда, этот господин далеко не так респектабельно, как накануне: у него был такой видок, словно его только что вытащили из стиральной машины.
– Прихватил по дороге сюда, – пояснил Бесцветный, и встряхнул чародея от хирургии за шиворот. – Расскажите-ка, милейший, этим людям то, что вы уже поведали мне.
