«Восемь часов? Так мы на полпути к столице? Откуда тогда горы? Они решили сделать крюк к Белым горам?»
– Чувствую себя, как принц, которого отравил капитан собственной стражи…
– А он умеет язвить, – засмеялся Мэйсон.
На лице Артура отразилось беспокойство:
– Так ты ещё не понял, куда мы едем?
Ларс непонимающе сдвинул брови.
– Мы держим путь в Литос, – прогремел Конор.
В голове принца всё закружилось… «Литос? Какой Литос? Он меня дурит? Это противоположная сторона от столицы. Они не везут меня к Альфреду Арнольскому?» Тут перед глазами снова возникло воспоминание: «Генерал. Река. Подготовка к битве. И слова "Я думаю, что тебе надо уезжать…"»
Руки нащупали нужный узел, и веревка поддалась. «Ещё немного. Сейчас я освобожусь. Скажи им что-нибудь».
– Так вы королевские рыцари?
– Ух ты! Польщен, польщен, – сказал Мэйсон.
Конор прервал его:
– Не слушай дурака, он выходец из простонародья, а посвятил его Артур.
Ларс ухмыльнулся:
– Рыцарь, нарушающий кодекс, посвящает других. Кажется, рыцари уже не те…
Молин отвернулся, стиснув зубы.
Узел развязался, и Ларс освободил руки. Размял одну ногу, вторую. Веревка на поясе вот-вот слетит сама собою. Он дождался момента, когда Артур подъедет ближе и резко вскочил на коне. Встав на две ноги, он оперся и прыгнул, сорвав на лету свой мешок с доспехами. Перекатившись по траве, он тут же начал искать клинки.
Рыцари остановили лошадей. Мэйсон спрыгнул с коня и с быстротой молнии подскочил к принцу. При его размерах и броне это было невероятно. «Он убьет меня», – понял Ларс. Ему пришлось встать в стойку, чтобы защититься. Но рыцарь не обнажил меч, он пошел на принца врукопашную. Сильный удар в живот, а затем в челюсть. Ларс был слишком слаб, чтобы быстро ответить на такие движения. Его подкосило, и он упал на землю.
– Э-эй. За что ты его так? – протянул Конор.
Молин грустно посмотрел на них:
– Вам повезло, что его клинки сейчас у меня. Всё могло быть гораздо хуже. Я же говорил связывать его сильнее.
– Прости. Я хотел помочь ему сесть поудобнее… Не думал, что он отвяжется, – извинился Мэйсон.
У Ларса кружилась голова. «Сильно досталось. Этот парень бьет сильнее Молина. Ему не в рыцари, а в берсеркеры надо…» Его снова привязали к лошади, но на этот раз уже двумя веревками. Принц не сопротивлялся. «Это конец. Теперь выбраться не получится».
– Поедем по кольцевой тропе или через горный уступ? – спросил Молин, когда они наконец двинулись вперед.
– Какая ещё тропа? – в недоумении Конор развел руками. – Трое рыцарей боятся идти по уступу?
– Твоя правда, – сказал Артур. – Пусть там и тяжелее, зато доберемся быстрей.
– Вот видишь.
– Тогда решено, – вставил Мэйсон.
И они пустили коней галопом.
Качаясь в седле, Ларс размышлял: «Тропа и уступ действительно должны приблизить нас к Литосу. Это не похоже на спектакль. К тому же рядом горы. Мы и вправду едем в Литос. Но вот зачем? Сдать меня Совету Семи? И что они будут делать? Возьмут на содержание принца, потерявшего королевство? Сомневаюсь. Тогда Мортен? Да. Это уже имеет смысл. Привести меня Гридди Мортену и предложить сотрудничество. Чтобы я возглавил часть их войск, и можно было на законных основаниях грабить Арнол…» Спина стонала, покалывая с разных сторон. «Я наследник великих королей. И не покажу свою слабость», – решил принц, но ненадолго.
Спустя час Ларс понял, что выдержать эту боль он не в состоянии.
– Может, ослабите веревки? – подал голос он.
– Опять сбежишь, да? – поинтересовался Мэйсон.
– Одного удара по челюсти мне хватило…
Мэйсон глянул на Артура. Тот кивнул в знак согласия. Рыцарь позволил Ларсу сесть ровно, но в этот раз поехал прямо рядом с ним. Только теперь принц заметил, что ноги этого гиганта почти достают до земли и не влезают в стремена.
– Почему не стал берсеркером? – спросил Ларс.
– Кто, я? – удивился Мэйсон.
Впервые за их поездку Конор улыбнулся, посмотрев в их сторону:
– Можно сказать, что он отказавшийся берсеркер…
– Я не в курсе. Теперь и мне интересно, – сказал Артур. Ему явно надоело их однообразное путешествие.
– Скажем так, я с самого детства мечтал держать меч, а в семь лет был уже ростом с подростка и допекал своих сверстников. Но вот мои родители… Они наотрез отказывались отдать меня в клан берсеркеров. Им даже предлагали большие деньги за меня. Но они сказали нет.
– Разве для простых селян это не благо? Отдать ребенка на обучение берсеркерам?
– Так и есть. Вот только мой отец сказал: «Берсеркеры умирают молодыми, а хорошие наемники живут до старости. Ну а ты станешь рыцарем – сможешь служить лорду и получать большие деньги. Будешь не просто каким-то берсеркером, погибшим в клане или на поле боя, а настоящим сыном, который позаботится о родителях, когда они постареют», – Мэйсон улыбнулся. – До сих пор помню, как мой старик ответил людям из клана: «Мой сын не продается ни за какую сумму. Он мне дороже денег!»
Лишь на секунду Ларс проникся к нему уважением. «Похоже, он просто выполняет свою работу. Надо вести меня живым, и он везет». Он осмелился спросить:
– Так мы едем в Мортен?
Артур удивленно повернулся:
– Какой ещё Мортен? Просто уходим из Арнола…
