Время от времени в российской прессе, бьющейся за тираж, проскакивают сенсации. К ним относятся рассказы о необыкновенной судьбе сына Хрущева от первого брака. Эхо этих историй даже перелетело океан. В выходящей в США газете «Новое русское слово» (26 января 1996 года) была перепечатана из декабрьского номера за 1995 год московской «Экспресс-газеты» заметка бывшего генерала КГБ Вадима Удилова о том, как сын Хрущева Дмитрий был выкраден из немецкого плена генералом КГБ Судоплатовым и расстрелян за предательство — он-де согласился сотрудничать с врагом.
Начнем с того, что сына Дмитрия у Никиты Сергеевича не было. Можно только догадываться, что речь идет о сыне Хрущева от первого брака (его первая жена умерла в 1919 году от тифа) по имени Леонид. Летчик, старший лейтенант, он участвовал в боевых вылетах с первых дней войны. Успел сделать пару десятков вылетов, был представлен к награде, но 26 июля 1941 года его самолет СБ (средний скоростной бомбардировщик) был подбит после бомбардировки станции Изоча и еле дотянул до нейтральной полосы. При посадке самолета на поле Леонид сломал ногу, затем долго лежал в госпитале в Куйбышеве. Здесь, как рассказывает генерал Степан Микоян (он тогда в звании лейтенанта лечился в том же госпитале), произошло следующее: «Однажды в компании раненых оказался какой-то моряк. Когда все были сильно «под градусом», кто-то сказал, что Леонид Хрущев очень меткий стрелок. Моряк — на спор — предложил Леониду сбить бутылку с его головы. Тот долго отказывался, но потом все-таки выстрелил и отбил у бутылки горлышко. Моряк стал спорить, доказывать, что горлышко «не считается», надо попасть в саму бутылку. Леонид снова выстрелил и попал моряку в лоб».
Простого летчика за эту «игру в Вильгельма Телля» (такая игра была, оказывается, в ходу в госпиталях, на тыловых переподготовках и т. п.) наказали бы строго. Но в данном случае речь шла о боевом летчике после тяжелого ранения, да еще и сыне члена Политбюро. Все очевидцы показывали, что инициатива в том печальном случае исходила не от Леонида, а от погибшего моряка. Трибунал приговорил Леонида к штрафбату (по другим данным — к 8 годам лагерей), но в качестве особой поблажки разрешил отбывать наказание в авиации. Леонид попросился на истребитель и воевал отчаянно. 11 марта 1943 года его самолет был сбит около поселка Жиздра над оккупированной территорией. Командующий фронтом предложил Никите Хрущеву послать поисковую группу, но тот отказался: риск ничего не найти, но погубить людей был слишком велик.
Никаких документов и сведений о том, что Леонид Хрущев попал в плен, не было и нет. «Российская газета» в феврале 1995 года в статье «Нашли могилу Хрущева?» (более полная статья «Сын Н. С. Хрущева погиб на Брянщине?» в «Брянском рабочем» от 20 января 1995) сообщает, что в высохшем болоте около городка Фокино (в 45 километрах от Жиздры) на Брянщине местная поисковая группа (руководитель Валерий Кондрашов) нашла обломки самолета, а в нем — останки летчика. По некоторым приметам (тип истребителя «Як-7», меховой шлемофон того же вида, что носил Леонид, дата на пулемете — 1943 год), похоже, что это как раз и есть самолет Леонида. Я пишу так осторожно потому, что тип истребителя совпадает, но немного не та модификация, на которой обычно летал Леонид. Возможно, в этот полет он отправился на другом самолете. К сожалению, пока не удалось отыскать документов на самолет, погибший возле Фокино; если удастся сверить номер двигателя с формуляром (он должен был бы сохраниться в Архиве Министерства обороны), можно будет точно сказать о судьбе Леонида.
А теперь о судьбе легенды по поводу его пленения, похищения и расстрела. До 1969 года об этом никаких разговоров не было. Но именно в 1969 году «наверху» стали склоняться к тому, что нужно реабилитировать товарища Сталина — приближалось его 90-летие. В «Правде» была подготовлена юбилейная хвалебная статья по поводу выдающихся заслуг Сталина перед революцией, страной и миром. Узнав об этом, группа видных ученых и писателей написала в ЦК резкий протест (большую активность проявил известный публицист Эрнст Генри). Письмо подействовало, статью из номера сняли. Но матрица газеты уже летела на Дальний Восток. Дальневосточный номер вышел со статьей! Тогда шутили: мы имеем две правды о товарище Сталине.
Сторонники реабилитации Сталина старались «правдоподобно» объяснить причины разоблачения культа личности на XX и XXII съездах КПСС. Филипп Бобков, заместитель председателя КГБ Юрия Андропова, в те годы возглавлял 5-е управление (борьба с инакомыслием, анекдотами и другой идеологической заразой). Есть сведения, что Филипп Денисович приложил руку к созданию легенды о «предателе — сыне Хрущева». Любимец Филиппа Бобкова, его подчиненный, генерал Вадим Удилов, выступая в «Экспресс-газете» с «разоблачительным» антихрущевским очерком, проводил линию: «сынок Хрущева» сотрудничал с врагом, агитировал за сдачу советских войск немцам…
