— У А. В. было уже три сына, вселенская слава, деньги, когда он бросил все и ушел из семьи. По тем временам это могло стоить партбилета, но обошлось. Уехал на гастроли, мы пришли на вокзал его встречать, а из поезда вышел уже другой человек.
Влюбился в балерину из Большого театра, знаете, из тех, кто стоит «у воды» (значит, на галерке кордебалета, в самой массовке). Боря очень переживал его уход. Плакал.
Балерина родила А. В. четвертого сына. Все музыканты!
Потом Ольга Михайловна рассказала историю своей любви.
— Мы познакомились с Борей в день смерти его бабушки. Боря играл Скрябина на рояле, в его комнату вошла бабушка (послушать) и умерла.
Боря сбежал из дома. Встретил приятеля. Тот зазвал его в гости к другому приятелю. И я в тот день помирилась с подругой. И тоже пошла в гости к тому же приятелю.
Чтобы обратить на себя внимание, заломила в углу рта папироску. (Ольга Михайловна курила до 80 лет папиросы «Казбек» и «Герцеговина Флор». Сейчас ей 91 год, и она — тьфу, тьфу — бодра.) На мне было модное кепи. Яркий шарф. А Боря был тихоня-тихоня.
Встречались три года. Боря привел меня в дом. А. В. посмотрел на меня, послушал мою болтовню и сказал всего одно слово: «Коза». С тех пор он меня не называл иначе.
После того как А. В. ушел из семьи, я стала везде ездить с мужем, чтобы исключить «левый поворот».
Ольга Михайловна рассказала и о трагической любви единственного сына Олега (в честь себя назвала), скончавшегося у нее на руках в 25 лет от крупозного воспаления легких и менингита.
— На даче в Абрамцеве 9 мая залез в реку на спор с собственной женой. Речку переплыл, но смертельно заболел. Оба, как всегда, были пьяны, потому и затеяли глупый, преступный спор.
12 мая Олега не стало.
И она, шалава, ненамного Олега пережила. Умерла от рака горла — спалила водкой.
И о погибшей внучке Лере рассказала Ольга Михайловна.
— Лера хоть и была инвалидом с 12 лет, но мужики к ней липли как мухи на мед. Замужем Лера была раз восемь (!). Последний жених ее и убил. Сейчас живу вместе со вторым мужем Леры Геннадием (он армянин) и правнуком. Правнук, кстати, тоже работает в Ансамбле песни и пляски Российской армии.
Ольга Михайловна и ее семья занимают квартиру, в которой раньше жил маршал Жуков, а после него — маршал Баграмян. Площадь шести комнат, необъятного коридора (без преувеличения, в нем уместятся четыре «жигуленка», поставленных друг за другом) и кухни — более 260 квадратных метров.
В городском кожно-венерологическом диспансере на окраине Ярославля работает врачом миловидная женщина Евгения Юрьевна. Большинство пациентов и не подозревает, что лечит их родная дочь бывшего Генерального секретаря ЦК КПСС Юрия Владимировича Андропова.
Корреспондент «Комсомольской правды» Дмитрий Севрюков встретился с Евгенией Юрьевной.
Врачевание — это, можно сказать, потомственная профессия. Генсек Андропов пытался лечить страну от коррупции, а еще раньше глава всесильного КГБ врачевал общество от инакомыслия. Андропова нет вот уже 12 лет, зато болезни, с которыми он боролся, так и не побеждены. Евгения Юрьевна борется с эпидемией вензаболеваний с отцовской настойчивостью.
Жить в тени могущественной фигуры Андропова было нелегко при его жизни, но стало еще тяжелее после его кончины, — призналась Евгения Юрьевна.
Евгения Юрьевна родилась на четыре года раньше своего брата Володи в семье первого секретаря Ярославского обкома комсомола Юрия Андропова, который назвал детей в честь своих родителей. Брак с Ниной Ивановной Енгалычевой состоялся благодаря настойчивости бывшего студента Рыбинского речного техникума, который убедил вернуться уехавшую по распределению в Ленинград свою любимую сокурсницу. Супруги жили в мире и согласии, пока Юра не повстречал роковую женщину — Татьяну Филипповну. На новое место работы — в Петрозаводский обком — Андропов уезжал уже без семьи. С тех пор Нина Ивановна с мужем так ни разу и не встретилась, хотя, по словам Евгении Юрьевны, любила его до конца дней.
Юрий Владимирович исправно платил алименты, иногда присылал дочери короткие письма.
