С трудом оторвав взгляд от бездыханного тела, Тэриан увидел Сумрака. Тот шел к нему. Молча, медленно, подняв один из мечей над головой, направив острие в лицо Лорда. Вторая его рука была опущена, и клинок с мерзким скрежетом царапал камень пола.
- Хорошо, - согласился эльф, - мы не будем больше говорить.
В Башне было немало оружия. Повелитель выбрал длинный узкий меч и кинжал. Наверное, Сумрак успел заметить это до того, как атаковал.
Первый его удар был стремительным и дерзким: один из мечей метил в лицо, второй - в живот. Тэриан отразил оба. Верхний просто отбил, отведя в сторону руку соперника, а другой попытался выкрутить, поймав загнутыми вперед дужками кинжала, но Сумрак сумел вырваться из захвата.
В нешироком коридоре не было места для маневров, и Лорд отступил, открыв за спиной дверь в пустой зал без мебели и окон. Лар Ал-Хашер последовал за ним. Присел на миг у тела тэвка, не сводя глаз с ожидающего его Повелителя, опустил руку в собравшуюся уже лужицу крови и, по-прежнему глядя лишь на своего врага, провел этой рукой по лицу, от лба и до подбородка, оставляя на коже багряные полосы. Был ли это какой-нибудь ритуал, или нет, но эльфа передернуло от этого зрелища.
Мягкой походкой хищника Сумрак вошел в зал. Один из мечей он использовал для защиты, закрыв корпус, второй поднял на уровень лица, отведя назад локоть. Его атака в этот раз была предсказуемой: укол в шею, сверху вниз. Тэриан легко ушел в сторону, мечом парируя клинок противника, а кинжалом попытался ударить того в открывшийся бок, но встретил сталь второго клинка. Сумрак, перехватив один меч обратным хватом, попробовал зайти ему за спину, но эльф отшагнул назад, и тут же сделал выпад, метя в живот…
Атака, отход, глухая оборона, снова атака. Снова встретились со звоном клинки, и Тэриан, не удовольствовавшись парированным ударом, шагнул вперед, перенося вес на выставленную ногу и что есть мочи давя на меч соперника, стараясь увести его в сторону. Но Сумрак, не вступая в противостояние, резко отступил и хозяин Башни, увлекаемый тяжестью собственного тела, пролетел несколько шагов и тут же взвыл от боли: меч противника наискось рассек спину. Рана была неглубокой, и не потребовалось много сил, чтобы остановить кровь и стянуть края, но воодушевленный успехом Сумрак вновь атаковал, не дав и маленькой передышки.
Он был хорош, смертный бог, носивший в своей крови сталь, но Повелитель Времени оттачивал свой талант мечника тысячелетиями, чтобы достойно противостоять такому сопернику. Однако исход этой схватки решало не мастерство, а скорость и выносливость. Тэриан знал об этом, а муж чародейки - нет. Скорость - одно из понятий времени, а время в Башне подчинялось только хозяину.
Наступление, отход, неожиданные приемы, несколько незначительных ран у каждого из противников. Наконец Лар Ал-Хашер начал уставать. Его движения сделались смазанными, а атаки утратили напор, и эльф перехватил инициативу в поединке. Теперь он наносил удар за ударом, не давая противнику опомниться. Вот уже один из мечей Сумрака попал в капкан кинжальных дужек, и, вывернув кисть, Тэриан вырвал оружие у соперника. Впрочем, спустя мгновенье меч к нему возвратился, но принять оборонительную стойку Сумрак не успел. Брат королевы Леса бросился вперед, меч кольнул бедро, оставляя неглубокую рану, а кинжал полоснул по плечу: убивать недруга немедленно не входило в планы Лорда. Круговым движением Тэриан отбил последовавший за этим удар Лара, вновь "поймал" в ловушку и вырвал, отшвырнув далеко в сторону, второй клинок. В своем упорстве Сумрак готов был идти до конца, но эльф ему этого не позволил. Решив, что уже достаточно измотал его, Повелитель Времени рискнул воспользоваться резервом Башни, короткой вспышкой ослепил врага и, с помощью магии увеличив тяжесть своего меча, ударил Сумрака в висок набалдашником. Лар закачался, но упасть ему не позволили: клинок Тэриана по рукоять вошел в грудь, а эльф, навалившись всем телом, протолкал его еще несколько шагов, приперев к дверной створке, и последним резким ударом вогнал сталь в дерево.
Он стоял рядом до тех пор, пока Сумрак с настойчивостью смертника пытался вырваться, превозмогая боль и захлебываясь кровью. Стоял, когда тот уже потерял сознание и безвольной куклой повис пришпиленный к покачивающейся створке. Считал падающие на пол тяжелые алые капли. После, подумав, прошел в коридор. Остановился у тела тэвка и легким движением ладони отправил труп в центр пустого зала. Теперь все.
Моим танталовым мукам не видно было конца. Надежда сменялась отчаяньем, а отчаянье - новой надеждой. Казалось, вот-вот все получится… и ничего не получалось.
Не знаю, сколько времени я провела в бесцельных поисках, когда Дэви, перебравшийся теперь в кресло, внезапно замер в одной позе, а после вскочил и прежде, чем я успела что-нибудь сказать, выбежал из комнаты. Обеспокоенная этим, я забыла о попытках призвать силу, думая, что могло так его встревожить. От нехорошего предчувствия похолодело внутри, а на лбу выступила испарина.
