– Нет! – Я отдергиваю руки, отходя к двери. – Я как раз вовремя. Мне остается только выйти из комнаты и подтвердить Саре то, что она и так уже, как ей кажется, знает. Потом я присоединюсь к вам и стану легендорожденной. Легкотня!
Ник с недоверием смотрит на меня.
– Вот это как раз и доказывает, что ты
– Ребята вроде тебя, да? – Идея пьянит, кажется, будто я нашла идеальное решение. Я тыкаю большим пальцем через плечо, на те две картины. – Твой предок основал Орден, черт побери. Ты образцовый богатый наследник.
Он горько смеется.
– Наследник,
– А я упертая, – возражаю я.
Ник криво улыбается уголком рта. Мое сердце колотится так громко, что я уверена, он его тоже слышит. Он обходит комнату, смотрит на меня, снова обходит. Останавливается.
– Допустим, мы сделаем это. Тогда что? Ты вступишь в Орден, найдешь улики и уйдешь? Эти люди не отпускают членов Ордена просто так.
Борьба внутри меня еще идет, но решительность одерживает верх.
– Последние слова, которые я сказала матери, были полны гнева. – Он морщится, словно я задела его нервы сразу в нескольких местах. – Если есть хотя бы ничтожный шанс,
Он встречается со мной взглядом.
Мы оба вздрагиваем, когда дверь открывается и за ней появляется новое лицо.
– Дэвис! – Загорелый парень в длинной рубашке и свободных брюках легкими шагами вбегает в комнату, крутя в руке стакан с газированной водой. На мгновение его холодный взгляд касается меня, а затем снова обращается на Ника. – Сар сказала, что ты здесь! Это твой
Ник не отводит взгляда от моего лица, и я смотрю ему в глаза, вкладывая в этот взгляд всю решительность, которая у меня есть.
– Ага, Фитц, она моя. Думаю, мне пора вернуть свой титул.
Часть 2
Раздор
10
Фитц хлопает Ника по спине, расплескивая при этом минералку.
– Вот о чем я говорю, Дэвис!
Ник переводит взгляд с меня на Фитца.
– Дашь нам минутку, Фитц?
– Не проблема. – Фитц, широко улыбаясь, направляется к двери комнаты. – Вот дела!
– Это верно! – Ник улыбается и подмигивает Фитцу, который во всех отношениях похож на типичного парня из студенческого братства. Когда дверь закрывается, он поворачивается ко мне, и его лицо снова становится мрачным.
– Есть вопросы. Это что, твой дружок? Потому что он мне вообще не нравится. Вопрос поважнее.
– Нет! – покраснев, восклицает Ник. – Конечно, нет. Извини. Не в этом смысле
Я рассматриваю ожерелье у него в руке.
– Пожалуй. – Он надевает ожерелье, касаясь моих волос. Серебряная монета, вроде той, что была на браслете у Сары, падает в ложбинку между моих грудей. Я провожу пальцами по гравировке на еще теплой поверхности: круг, в который вписан элегантный ромб. Линия без начала и конца и четыре угла, выступающие за ее границы.
– Если я говорю, что ты моя, это означает, что я тебя выбрал. Что мой род – моя семья и я – ручается за тебя и ты под нашей защитой, нашим благословением. – Он поднимает руку, не давая мне задать вопрос. – Позже. Пока я согласен, чтобы ты участвовала в соревнованиях, – пока не придумаю альтернативу. Но если мы собираемся в это влезть – а я просто хочу официально отметить еще раз, что это
Я скрещиваю руки на груди, но он выжидательно наклоняет голову.
– Ладно, – смиряюсь я. – Каковы эти условия?
Свет над нами мигает один раз, затем второй. Снаружи Сара объявляет, что мероприятие начнется через десять минут. Снова опустив взгляд, я вижу, что Ник отстраненно разглядывает меня. Невольно кажется, будто он снимает мерку для плаща, который мне не понравится.
– Хорошо. Первое правило…
Когда мы выходим из комнаты десять минут спустя, в холле толпятся больше десятка студентов. Некоторые одеты как мы с Ником, в джинсы и футболки, другие в костюмах и коктейльных платьях. Некоторые