Тим проснулся от странных ощущений в паху. Он прижимал к себе согревшееся девичье тело, и чувствовал, как с ним происходит нечто необычное, доселе не знакомое. Осторожно, стараясь не разбудить сладко сопящую Аниту, он выпутался из-под сложенного вчетверо брезента и в удивлении замер.
Он слышал от отца, что такое, однажды должно произойти с каждым юношей. И вот теперь, судя по всему, он тоже стал мужчиной.
— Тим, что случилось? — раздался за спиной сонный голос, — Ты чего? Рано ведь!
«Да уж, рано! Еще как рано!» — Успел подумать юноша, падая за борт в холодную предрассветную волну.
За завтраком Анита вела себя как обычно, но Тиму казалось, что она смотрит на него по-особому. Чудились лукавые искорки в голубых глазах этой высокородной. Казалось, и даже нет, он был уверен, что она с трудом сдерживает улыбку. И что в тот момент она вовсе не спала. Юноша сгорал от стыда, но сделать ничего не мог. Ночи были холодные, а из всех вещей на них было лишь нижнее белье, да огромный брезентовый чехол от шлюпки.
Восьмой день они болтались в океане. Запасов пока хватало, но, если через неделю их не найдут, придется сильно затягивать пояса.
Сегодня снова всю ночь дул ветер, поднялись большие волны. Только под утро, усталые и продрогшие они уснули, укутавшись в сложенный брезентовый чехол.
Солнце уже показало свой обжигающе яркий, огненный край на горизонте, когда Анита принялась, суетиться по хозяйству. Воздух стал удивительно прозрачным, каким бывает только далеко в море. Волнение прекратилось. Успевший просохнуть после вынужденного купания — Тим, забросил рыболовные снасти. Они представляли собой моток обычной лески, с большим ярким поплавком и простым свинцовым грузилом. Правда, крючки здесь, были предусмотрены очень солидные. Явно расчет был на крупную добычу. Несколько таких рыбин, разделанные по всем правилам, уже вялились на натянутой между закрепленными веслами леске.
Тим вспоминая свой первый опыт, когда ухватившая приманку гигантская рыбина едва не стащила его в воду, привязал конец лески к одной из уключин, и забросил крючок с насаженным на него куском драгоценного мяса в бирюзовую волну.
Его спутница оказалась отличной хозяйкой. На острове ее с семи лет включили в особый, свойственный только таким племенам быт. И теперь Анита весьма ловко управлялась с довольно солидным уловом.
Юноша глядел на поплавок, на подсвеченную розовым светом волну, и размышлял. Их явно кто-то хранил все эти дни. Они убеждались в этом на каждом шагу, если можно так сказать, о двух подростках, затерянных в Атлантическом океане. Ну а главным подтверждением сего, была подводная лодка.
Она появилась на следующий день после бегства. Был полный штиль. Во все стороны, куда хватало глаз, только едва заметная рябь покрывала океан. Им очень хотелось понять, что стало с кораблем. Тогда, Тим осматривая далекий горизонт, в свой бинокль, увидел судно. Юноша сразу обратил внимание, что все трубы их старенького парохода не дымят. Значит, котлы остановлены. Произойти такое могло лишь в самом критическом случае. А затем он увидел ее. Это была немецкая подлодка. Тим прекрасно разглядел черный крест на появившейся из воды вытянутой надстройки.
Он испугался, что их заметят, но вовсе не их хрупкая скорлупка была целью, блуждающего в поисках добычи хищника. Юноша успел увидеть, как от подлодки отделились два белых буруна, и оставляя за собой пенный хвост, понеслись к судну, а в следующую минуту, там вспучился гигантский огненный шар. Страшный грохот разнесся над океаном, затем, горизонт заволокло черной пеленой. Видно, трюмы их корабля, кроме консервов и мешков с пшеницей, были заполнены чем-то более взрывоопасным.
Оглушенная произошедшим девушка, глядела на стелющийся по воде черный дым, понимая: стоящий с ней рядом юноша, в очередной раз спас ее от неминуемой гибели.
Первые отголоски надвигающейся катастрофы, проявились уже на одиннадцатый день плавания. Покидая злополучный остров, они и не подозревали о том, какой страшный груз прихватили с собой.
Капитан судна — Рэй Хоуланд, задумчиво разглядывал найденные у туземцев золотые украшения, которые по самым скромным прикидкам, тянули на 300 000 кредитов, когда в дверь каюты громко постучали. Капитан выругался, и спихнув драгоценности в полотняный мешок, раздраженно крикнул:
— Кто там? Да входи же! Акула тебя задери!
