Шахта закончилась в такой же, как и внизу комнате. Юноша, отодвинув пластиковую плиту замер, с трудом сдерживая ругательства. Комната выглядела необычно. Опытный глаз охотника, сразу определил, что это чье-то логово.
На полу толстым слоем лежала какая-то отвратительная смесь из гниющих фекалий, раздробленных костей и непонятного хлама. В дальнем углу находилось некое возвышение, ровно утоптанная площадка величиной с обеденный стол. А напротив, словно чья-то дикая шутка, разбросав пустые рукава, валялся изодранный скафандр. От их с Ольгой костюмов он отличался только цветом. Их скафы были светло-серые, а этот, принадлежавший когда-то работающим здесь техникам, был оранжевый.
Тим напрягся, вслушиваясь в тишину коридоров. Судя по следам, тварь здесь обитает немаленькая. Да и рваные полосы, оставленные на скафандре, говорили о многом. Насколько он знал, материал, из которого были сделаны эти костюмы, не в огне не горит, ни в воде не тонет. Его хваленый охотничий нож, не оставил на нем даже царапины, а здесь…
Нужно было решаться. Долго находиться в таком положении он не сможет. Руки дрожали от усталости, да к тому же, его спутница едва держится на ногах. Он пристегнул ее к себе страховочным тросом, но бедняжка срывалась с неудобных перекладин, то и дело, повисая над пропастью.
«Может спуститься вниз? Попытаться отыскать подобную шахту? — проносилось в голове, — Но кто знает, вдруг там будет еще страшнее? К тому же, Оля не перенесет этого. А тащить вниз все эти двадцать этажей, я ее не смогу».
— Что там? — Услышал он тихий голос в наушнике.
— Сейчас, — почему-то шепотом ответил Тим, — попробуем выбраться. Только ты закрой глаза, хорошо?
— Что, снова? И здесь тоже?
— Непонятно, — решил не врать юноша, — Но тебе лучше на это не смотреть.
«Кто знает, как дело обернется. Вдруг им придется срочно убегать, а девочка не будет готова».
— Оля, сейчас я подтяну тебя поближе, и мы попробуем добраться до главного шлюза. Только вот…, - он помолчал, размышляя, как не напугать окончательно свою спутницу, — Только вот, здесь какие-то зверушки неизвестные обитают. И мы, кажется, набрели на логово одной из них. В общем, нужно поскорее отсюда сматываться.
— Тим, я боюсь! — Тихо запричитала девочка.
— Не бойся, наши костюмы не так-то легко повредить. И главное, постарайся докричаться до местного стража.
— Я его не слышу. Обруч говорит, что местные коммуникации несут в себе остаточное излучение, которое блокирует сигнал.
— Понятно. Но ты все равно не прекращай вызывать его. Хорошо?
— Да, — прошептала девочка, — Я постараюсь.
Тим первым ступил в отвратительную смесь из гнили и костей, погрузившись в нее почти по колено.
— А теперь закрой глаза!
Он с трудом подтянул девочку к проходу, не отстегивая карабин со страховкой, взвалил ее на плечо, и проваливаясь еще глубже, пошагал к распахнутой настежь двери.
Они прошли больше половина пути до главной лестницы, когда сзади послышалось странное шипение, а затем, по коридорам сектора прокатился тот самый, леденящий душу крик.
Тим резко остановился, врага, кем бы он ни был, нужно, как минимум, хорошо рассмотреть. Луч фонаря скользнул по стенам, освещая странные лохмотья, свисавшие отовсюду, грязные пучки непонятной субстанции и наконец, выхватил из темноты нечто странное. Такое ему не снилось и в самом диком кошмаре.
Неведомая тварь, расстояние не позволяло оценить размеры, походила на краба переростка. Поблескивающий в лучах шипастый панцирь, гигантская пасть, утыканная острыми как иглы зубами, огромные горящие красным огнем глазища на тонких стебельках, и две клешни, которыми явно, можно было враз перекусить человека. Странный крабо-паук раскрыл пасть, и в уши снова ударил мерзкий визг. Попав в луч фонаря, тварь слегка сбилась с курса. Яркий свет, по-видимому, ненадолго ослепил ее. Но вот, несколько раз скрежетнув панцирем о пластиковые стены, существо сориентировалось, и поднимая клубы пыли, еще быстрее засеменило паучьими лапками к замершей в оцепенении добыче. Юноша оторопело глядел на неведомого монстра, не в силах оторвать взгляд, пока из темноты коридора, не послышался точно такой же вопль. «Да их здесь сотни! — Пронеслось в голове, — И бегают они, куда быстрее меня!»
