Командир эскадрильи и заместитель командира полка молча вышли из землянки и направились к "харрикейну" Ганчикова. Лейтенант, опустив голову, сидел далеко от самолета. Он даже не слышал, когда его окликнул Петров. Лишь после того как Петров обратился к Ганчикову, летчик поднялся и подошел к командиру эскадрильи. Еще раз доложил о ненормальностях в работе двигателя, замеченных им в полете.
- Сейчас я опробую мотор, - сказал Федотов и поднялся в кабину. Запустился мотор сразу. Майор Федотов пробовал его на всех режимах и никаких отклонений не установил. С побледневшим от гнева лицом заместитель командира полка выпрыгнул из кабины истребителя, молча прошел мимо Ганчикова и обратился к командиру эскадрильи:
- Давай лети! Хотя, кажется, можно уже обойтись и без этой проверки.
И вот майор Петров в воздухе. Находящиеся на стоянке летчики и техники напряженно вслушиваются в работу двигателя.
- Бодро работает, без перебоев, - сказал кто-то из техников.
В это же мгновение от самолета, летевшего над лесом на высоте 50-70 метров, донесся резкий звук, будто сразу оборвались сотни натянутых струн, и - почти мертвая тишина. Через секунду "харрикейн" упал на деревья.
Санитарная машина со старшим врачом полка Малашиным, майором Федотовым и двумя техниками помчалась к месту падения самолета. Искалеченный "харрикейн" лежал между деревьями на смятом правом крыле. Летчик сидел в кабине. По его лбу текла струйка крови. Летные очки были разбиты, осколки стекла впились в лицо. Майор Федотов помог Петрову выбраться из кабины. В дороге Петров начал бредить, но в санчасти пришел в себя. Однако, сколько его ни просили рассказать, что произошло, вспомнить он не мог. В госпитале Петров снова потерял сознание. Пришел в себя только через трое суток. Только тогда он смог рассказать, что произошло с самолетом в полете. А произошло то, что часто случалось - отрыв шатуна в моторе. При аварии самолета майору перебило второй и третий шейные позвонки. Вот какой ценой была восстановлена честь лейтенанта Ганчикова...
Лишь в конце мая 1942 года полк получил долгожданный приказ - отправить группу летчиков и техников на тыловой аэродром, чтобы принять новые советские самолеты "Як-1". Возглавил группу командир полка подполковник А. Юдаков.
С восторгом смотрели гвардейцы на длинный ряд новеньких истребителей, стоявших на тыловом аэродроме.
- Вот это красавцы! - восхищался лейтенант Забегайло.
Будто специально демонстрируя возможности советского истребителя, летчики на "яках" начали групповой пилотаж.
Едва четверка "яков" приземлилась, гвардейцы поспешили на их стоянку. Огрубевшими пальцами они гладили полированные крылья и фюзеляжи истребителей. Лейтенант Забегайло получил разрешение осмотреть кабину и через минуту уже "хозяйничал" в ней: пробовал педали и ручку управления, расспрашивал о том, как ведет себя самолет в воздухе, на что способен в бою. Ответы не могли не вызвать огромной радости: "Як-1" способен развить скорость до 580 километров в час, имеет мощное стрелковое и реактивное оружие, легок в управлении, надежен.
Гвардейцы с жадностью осваивали новый самолет. Командиру не раз приходилось использовать свою власть, чтобы заставить людей уйти на отдых. Программу переучивания выполнили досрочно. В конце июня летчики полка уже самостоятельно на новых самолетах приземлились на одном из аэродромов Калининского фронта.
В первых же боях на "яках" летчики-гвардейцы одержали шесть побед. Эти победы были тем более знаменательны, что достигались при численном превосходстве противника. И все же командир полка не был удовлетворен результатами боевой деятельности подчиненных ему летчиков. Не все правильно использовали большие возможности нового самолета. Некоторые командиры звеньев не всегда учитывали изменения в тактике немецкой авиации, особенно после того как враг создал группы "свободных охотников". Входившие в эти группы фашистские асы с утра до вечера рыскали над линией фронта. Они залетали даже в наш тыл, подстерегали одиночные советские самолеты. Внезапно атакуя такие машины из-за облаков, со стороны солнца, враг одерживал легкие победы.
Жертвой "охотников" 8 июля стал заместитель командира эскадрильи капитан В. Тощев. Прикрывая в этот день штурмовиков, группа "яков", возглавляемая капитаном, успешно провела бой с двенадцатью "мессершмиттами". Тощев в пылу схватки оказался вне группы. На аэродром летел один. Совершенно неожиданно был атакован тремя вражескими "охотниками" и сбит. Чтобы предупредить такие потери, подполковник Юдаков, посоветовавшись с батальонным комиссаром Зотовым и начальником штаба подполковником Киселевым, решил провести специальную конференцию летчиков и в ходе ее обменяться опытом первых боевых вылетов на самолетах "Як-1". В докладе командира полка и в выступлениях капитана Волошина, старшего лейтенанта Жуйкова, лейтенанта Забегайло были проанализированы действия групп и отдельных летчиков в боях с бомбардировщиками и истребителями противника.
