Девушка окончательно потеряла дар речи.
— Я знаю о неотложности вашей миссии. Но несколько дней вы ведь проводите у каждого правителя? Позвольте мне сделать все возможное и невозможное, чтобы вам захотелось вернуться сюда как можно быстрее и остаться навсегда! Я молю об одной неделе!
— О, нет, это слишком много! — затрясла головой Карина, упуская все самое главное.
— Пять дней, три дня, — просил король. — Я приму вашу грамоту, выступлю с обращением к народу, познакомлю с основными достижениями долесонской культуры.
— Хорошо, — сказала девушка, — три дня.
И тут же почувствовала, что совершила непростительную ошибку.
Рука об руку они прошли вдоль застывших гвардейцев и оказались на просторном балконе. Здесь стояли два кресла, с которых хорошо была видна площадь, заполненная народом. Напряженная тишина висела над непокрытыми головами. Это никак не походило на обещанный праздник. Карина присмотрелась и заметила, что отнюдь не королевский балкон является центральной точкой собрания. Люди широким кольцом окружали черный помост.
— Что это? — прошептала Карина.
— Эшафот, — недобро ответил Гай.
— Зачем? — девушка почувствовала озноб.
— Чтобы наказать убийц вашего друга.
На помост, где стояли палач и священник, уже поднимался осужденный. «Он убил Кристофера», — сказала себе Карина, но дрожь не унималась. «Может быть, это тот, кто всадил ему меч в грудь… Как холодно… А может тот, что вытащил палицу… Бедный Кристофер… Любимый…» Она снова увидела своего друга, падающего на забрызганный кровью снег, но рыдания, которые поднимались у нее в груди, неожиданно прозвучали внизу. Какая-то женщина раненой птицей забилась в руках двух мужчин. Успокаивая ее, они с тревогой оглядывались на королевский балкон.
— Кто это? — спросила девушка.
— Не знаю, — равнодушно пожал плечами Гай. — Мать, дочь, а, может быть, жена осужденного…
Карина почувствовала, что дрожь становится невыносимой. Ее зубы стучали в такт барабанам, выбивающим тревожную дробь. Обвинитель читал приговор. С большим трудом ей удалось выговорить:
— О-о-о-ста-а-а-но-о-о-ви-и-и-те ка-ка-а-азнь!
— Это мой свадебный подарок!
— Н-не н-надо н-никого убивать!
— Но тогда они убьют нас! Пусть все видят, как король наказывает своих врагов!
Гай больно вцепился в руку Карины, готовую подняться. Осужденный положил голову на плаху. Бой барабанов дошел до рева.
— Прекратите!!! — закричала Карина уже не королю, а палачам.
Все это уже было когда-то. Но только Кристофер Ив Эсверский мог остановить подобное безумие! Ее же голос потонул в грохоте. Отрубленная голова скатилась с помоста.
Карина, наконец, вырвалась из цепких рук Гая и бросилась вон. Она боялась, что гвардейцы ее остановят, но те не шелохнулись. Надо было бежать! Но все лестницы Долесонского дворца вели только наверх. Карина чувствовала, что сходит с ума, и, замыкая круг безумия, побежала по одной из них.
Она бежала, бежала, бежала. У нее уже сводило ноги, колол бок, болело сердце, не хватало дыхания. Но когда лестница закончилась, она чуть не закричала от отчаяния. Слишком страшно было останавливаться.
Она замерла на платформе, накрытой стеклянным колпаком. Потом бочком приблизилась к прозрачной стене и в ужасе отпрянула — на такой высоте она еще никогда не была. Облака плыли у ее ног. Карина устало присела на скамью, расположенную вдоль круглого стола в центре.
Весь стол был завален картами, чертежами, записями. Находясь в чудовищном напряжении, Карина принялась читать все подряд. Формулировка «астрологический прогноз» начинала каждую вторую бумагу. Что это такое, девушка никак не могла взять в толк. Слово «астрология», в ее представлениях, соседствовало с понятием «лженаука», тогда как «прогноз» означал вершину в подлинно научном постижении феномена. А тут еще примешивались какие-то непонятные животные. Например: «Козероги: В этот день ждите осуществления ваших давнишних желаний…»
— И эти туда же! — хмыкнула девушка, вспомнив киро-матиаского изобретателя. — Хотя старик оказался прав. Воистину — отрицательный результат тоже результат. Н-да… Но странно, почему тут пишут про козерогов. Это такие животные? Водолеи — это, наверно, профессия… Близнецы. Но какие именно: монозиготные или дизиготные?
Карина взглядом пробежала заголовки: «Никакой системы! Раки — животные. Львы — животные. Девы- нет, девы, это… призвание!»
Тут Карина почувствовала, что в комнате находится еще кто-то. Она позволила себе целых три секунды не поворачиваться к королю Гаю. Первое, на что она обратила внимание — долесонский король совсем не запыхался. Второе — он выглядел совершенно несчастным и больным.
— Ну что, всех казнили? — недобро спросила девушка.
На какую-то долю секунды она поняла, что сейчас страшнее самого короля. Но она не стала отказываться от своей злобы, ибо начала черпать в ней безмерную силу. На Карину словно снизошло черное озарение, и она увидела ту сторону жизни, от которой всегда сознательно отгораживалась. Шагнув в этот мрак, она ощутила странное успокоение, как будто попала домой, где демоны совести больше не будут гнать ее как чужую.
