— Ваша Светлость! — посмела возмутиться ведьмочка неучтивости своего директора, наверно впервые в жизни позволив себе такую дерзость, судя по ошарашенному взгляду мужчины, что он бросил на подопечную. — Вы не о том сейчас говорите! У принцессы хватает забот и без Ваших интриг!
— Он прав, Найти, — грустно усмехнулась Анна, посмотрев на эту парочку, которая сверлила друг друга гневными взглядами. — Я не могу просто закрыть на это глаза. Хотя мне и нет до этого дела.
— Но не сейчас, — решительно заявила адептка школы. — Сейчас Вам нужно быть со своими родными.
Анна только кивнула, и лорду Грэму пришлось покорно выйти, оставляя девушек одних.
— Сколько? — словно не желая укрываться от правды, тихонько и даже робко спросила Анна, целуя руку сестры солеными губами.
— Не больше пары недель, — присаживаясь осторожно рядом, ответила Найтири. — Если есть возможность им помочь, то сейчас самое время. Еще немного и будет поздно.
Анна лишь закивала головой, зажмуривая глаза, из которых катились слезы боли, бессилия и отчаяния. Хотелось рыдать в голос, кричать, чтобы вытолкать эту давящую боль из груди, что мешала дышать. Но она не имела права, не могла вот так дать всем понять, что с ней происходит на самом деле. Для всех вокруг она была холодна, спокойна и отрешена. Не шла на диалоги с министрами, которые рвались высказать ей свое недовольство ее вмешательством в их дела. Игнорировала скорбно охающих целителей, которые все еще пытались «помочь» ее родным, а после просто выставила этих шарлатонов из дворца.
— Юные девчонки знают больше вашего, господа. Так что свои возмущения можете забрать с собой, по пути в свою обитель, — почти зло прошипела принцесса, когда ей это надоело.
А двор вообще походил на затаившихся хищников, которые ждали, чем же все закончится. Королевская семья еще была жива, и никто не посмел бы занять трон, пока это так. Но заговоры зрели один за другим, сразу появилась масса претендентов на престол, когда-то забытых и кем-то задвинутых. Между придворными началась тихая война за власть. За время пребывания Анны во дворце в совете не единожды произошла смена его состава. И чем больше проходило времени, тем откровеннее становились желающие власти, практически не пряча себя и свои шансы на успех занять трон. И наличие во дворце вполне здоровой и способной занять престол Анны никого не беспокоило.
— Тебя не воспринимают как наследницу. Терпят здесь лишь из уважения к твоему отцу, — презрительно сделала вывод Хитана, глядя в окно из их комнаты в сад, где прогуливались придворные.
— Мне большего не надо, — устало отвечала девушка.
Почему-то подумалось, что будь рядом Хасин, давно бы уверил ее бороться за то, что принадлежит ей по праву. Возможно, так и стоило бы делать. Только вот ей все равно не удержать надолго трон, даже если она его займет. А потому она просто не видела смысла. Ее никогда не примут здесь, никто не даст править страной Проклятому Дитя. Да и не сможет она, даже если захочет. Трезво оценивает свои возможности — до правительницы ей еще долго расти и учиться. И не хотела она этого сейчас. И никогда не хотела.
Но все вокруг были уверены, что она вернулась домой в час беды лишь за этим — отомстить. Многие были уверены, что болезнь ее семьи, это проклятие — ее рук дело. И никто так и не добился ответов на вопросы о том, где Анна была все это время, куда пропадает каждый день, кто ее спутники и откуда во дворце столько странных людей, ведьм и других личностей. Она ни с кем не шла на контакт, друзья и Темные оберегали ее от излишнего любопытства, и все время в родном доме она посвящала только своей вымирающей семье, большую часть из него проводя у постели своей сестры. Смотрела на нее часами, следя за дыханием, и молила всех богов дать ей еще немного сил, ведь в душе теплилась последняя надежда на то, что Хасину все-таки удастся уговорить единственного способного помочь ее родным сделать это. Ведь надежда умирает последней.
Трясущимися руками Анна пыталась вскрыть письмо, нервно дрожа всем телом. Хитана скорбно посмотрела на Лео, который так же без надежды смотрел на свиток в руках принцессы — одна лишь она верила, что в нем добрые вести. Но стоило прочесть всего пару строк, и письмо выпало из ослабевших рук Анны, и как подкошенная она села на кровать, пустым взглядом глядя в стену.
— Оставьте меня, — тихо прошептала девушка.
Друзья не стали с ней спорить, пусть обеспокоенность и тревога за подругу советовали им остаться сейчас с ней. Но рыська настойчиво потянула Лео за собой.
— Она не хочет, чтобы мы видели ее в час отчаяния, — уверенно заявила оборотень. — И без того видели слишком много. Это она должна принять без нас.
— Чувствую свою вину, — покачал головой полукровка, глядя на закрытую дверь, за которой послышались тихие-тихие всхлипы.
