— Зато в тебе есть сила Волдеморта, — возразил Норд. — В тот Хэллоуин он невольно поделился с тобой… частью своих сил. Такой частью, что по сути ты стал равен ему.
— Я не чувствую в себе способностей прямо сейчас телепортироваться в Министерство Магии и учинить там захват, — с сомнением произнёс мальчик. — Собственно, я и знаний, как именно пробиться в Министерство не имею… Или ты всё-таки решил подарить мне на Рождество танк?!
— Я дарил тебе танки много раз.
— Они все были игрушечными, а я хочу настоящий!
— Ну, и что ты будешь с ним делать? — улыбнулся Виктор. — Сейчас, во всяком случае?
— Придумаю! — решительно рубанул рукой воздух Поттер. — Так что?..
— Не отвлекайся. Тебя же вроде бы твои глаза интересуют, не так ли? Если так, то… Видимо, это связано с тем же знанием парселтанга, которое передалось тебе от Волдеморта.
— Гермиона тоже язык змей понимает, но ведь в отличие от меня её в детстве не посещал Санта-Морт с мешком «круциатусов»?
— Если честно, то меня это здорово нервирует, — признался Норд. — Чего-чего, а змееустности от маглорождённой волшебницы я никак не ожидал… Блииин! Как же меня бесят такие форс-мажоры!..
— Да и вообще, не лучше ли игнорировать пророчества? — спросил Харальд. — Тут же вероятность пятьдесят на пятьдесят, что пророчество может быть самоисполняющимся.
— Ну да. Оракул предсказывает войну, и мы наносим упреждающий удар, начиная её. Оракул предсказывает чуму, мы уводим людей из опасных мест, собирая вместе, и начинается эпидемия… А если нет?
— А если да?
— Все так думают, — рассмеялся Виктор. — Всегда так думают! Поэтому это и предсказуемо.
— Это логично, — не согласился Поттер.
— Но предсказуемо. А предсказуемые поступки можно парировать. Возьми ту же ситуацию сейчас в школе…
— А там трудности создаёт не непредсказуемость, а неизвестность, — возразил мальчик и вздохнул. — Куда-то вообще не туда разговор ушёл… Мы же о глазах говорили?
— А действительно ли это сейчас важно? — хмыкнул Норд.
— Неа. Не особо… Тогда другой вопрос.
— Важный?
— Исключительно.
— Завтра, — улыбнулся Виктор. — К Лили мы поедем завтра.
Стоящий на веранде дома Норд меланхолично курил, глядя на тонкий серп Луны и, казалось, декабрьский холод его ни капельки не беспокоит. Чего явно нельзя было сказать о Люпине, который тут же поёжился, стоило ему выйти на улицу.
— Он уснул, — Виктор не спрашивал, а говорил совершенно точно.
— Ага, — с лица Ремуса не сходила глуповатая улыбка. — Знаешь, он так похож на Джеймса. Не внешне, хотя и внешне тоже, а… Не знаю как сказать.
— Не знаешь — не говори, поверю и так, — пожал плечами седовласый. — Я знал Джеймса Поттера от силы пару минут, поэтому в этом вопросе совершенно не Копенгаген. Хотя… Учитывая, что это были его последние пара минут в жизни, возможно, я знал его лучше всех вас вместе взятых.
Люпин вздохнул, но улыбаться не перестал.
— Всё возможно. А где ты пропадал весь день? Только к ночи заявился и то в дом даже толком не зашёл, хотя это ведь твой дом.
— Это не мой дом, — резковато ответил Норд. — У меня нет на него прав, как ни на какой другой в этом мире. Это дом Гарри Поттера, а теперь ещё и его матери. Но не мой.
— Зря ты так, — беззлобно оскалился Рем. — Ты нужен Гарри. Честно говоря, не знаю смог бы Джеймс стать таким же отцом для него…
— Да ну?
— Ну да. Как его друг говорю. Семейная жизнь и Джеймс… Мда. Большей дичи я когда-то и представить себе не мог.
— Человек создан для счастья, как птица для полёта, — Норд затушил сигарету в банке из-под кофе, которые стояли вместо пепельниц повсюду. Ещё одна его странная привычка. — Для семейного в том числе.
— Даже ты? — иронично поинтересовался Люпин.
— Ну я же про людей говорю, а не про таких как я.
Из дома вышла Лили, раскрасневшаяся, что-то напевающаяся себе под нос, улыбающаяся. Вокруг неё натурально сверкали искры — даже без палочки её возвращающаяся магия давала о себе знать.
Впервые за долгое время — счастливая.
Неожиданно порывисто обняла сначала Люпина, потом Норда. Ремус даже смутился и слегка порозовел. Виктор нет — объятия симпатичной женщины, казалось, его совершенно не волновали.
— Самый. Лучший. День! — торжественно произнесла Лили. — В моей новой жизни.
— Рад, что всё прошло хорошо, — кивнул Норд. — В таком случае сначала войдём внутрь, пока вы тут ангину не подхватили, а затем поговорим о кое-каких серьёзных вещах.
— О чём угодно, — беззаботно отмахнулась Лили, а вот Люпин нахмурился.
— Может, потом?
— Потом может быть поздно, — отрывисто произнёс Норд, ведя их по коридорам отстроенного и перестроенного дома Поттеров. — Планы придётся форсировать.
Щелчок скрытого рычага, одна из стенных панелей открылась, будучи потайной дверцей, за которой обнаружилась сталь дверь с нанесёнными на неё руническими надписями и короткая винтовая лестница.
Внизу — очередная подземная комната, которые Норд за время реконструкции дома накопал будто домовитый барсук. Небольшой круглый стол, несколько простеньких стульев в центре, вместо одной стены — тюремная решётка, за которой…
