Я увидел, как чернота варварского войска всколыхнулась и двинулась на приступ. Они бежали все быстрее и быстрее. Вот достигли первой линии обороны, перелились через многочисленные проломы. Схватились с теми, кто еще оставался там жив из числа защитников бастионов. Но захлестнули их своей многоликой и многорукой волной.
— Первая линия пала! — Закричал кто-то!
— Вниз — скомандовал я парням. Мы кинулись к лестнице. Вскоре мы были уже перед обвалившимся куском стены. Несмотря на то, что их воины пошли на приступ, бомбардировка продолжалась. Они попадали в своих, но варваров это не останавливало. Грохот. Глянул вверх. В верхнюю часть башни попало сразу два каменных шара. Часть башни обрушилась вниз. Штурмующие ринулись ко второй линии. Заработали крепостные баллисты ближнего боя. Напротив пролома выстраивалась коробка. Мы примкнули к ней. Нами командовал офицер гвардии, который до этого был с нами на башне. В руках у нас были копья и щиты. Мы с Араторном и Фредериком стояли во втором ряду. В середине коробки подняли флаг Аквитании. Богиня Зари Эллия Александра со «Спатой» в руке на белом фоне.
— Держать строй! Первых возьмем в копья. Главное — держать строй! — Кричал нам офицер. Мы двинулись к пролому, стали взбираться на вершину кучи обломков, в которую превратилась крепостная стена. В этот момент там показались варвары. Они взревели и бросились на нас. Первых взяли на копья. Показался волколак, за ним еще двое, все трое прыгнули, норовя попасть в середину коробки. Но их тоже насадили на копья, плюс утыкали арбалетными болтами. Твари издохли! Варваров прибывало все больше и больше. Но мы продолжали теснить их. Постепенно вытеснили к вершине. Вокруг стоял лязг железа, крики боли и ярости, рев, вой. И в этот момент в нашу коробку ударил каменный шар требюше. Я не знаю как мы с Фредериком и Араторном остались живы. Нас просто отбросило в сторону. В глазах все прыгало. Наконец я сумел стабилизировать свое зрение. Тысяча демонов! Варвары взвыли радостно. Нас спасло то, что в них ударил второй такой же мячик. Прилетел привет от своих же.
— Федя! Араторн! Живы?
— Живы! — ответил принц покачиваясь. Араторн вставал, опираясь на шпагу. Я огляделся. Нашу коробочку разорвало. Многие погибли или были искалечены. Все не бойцы. Офицер мертв. Командовать было не кому.
— Слушай мою команду! — закричал я! — Я граф де Конт. Все кто может держать оружие, ко мне!
Рядом со мной встали побратимы. Стали подходить воины, те, кто остался жив после удара снаряда. Оглушенные, раненные, но способные стоять на ногах.
— Становись «черепахой», тесней ряды. Копейщики по краям коробки.
Мы успели построиться, даже опять подняли стяг Аквитании, когда через груду обломков перехлестнула новая волна варваров. Мы врезались друг в друга. Рев, крик, хрипы. Отборная ругань. Пыль столбом. Лязг железа.
— Держать строй! — Кричал я. — Шаг вперед, делай! — Коробочка как одна большая многоножка сделала синхронно шаг. Варвары накатываясь на нас и натыкаясь на копья, попадая под удары алебард, мечей, тяжелых шаг и топоров, падали как трава под косой жнеца. Но их не становилось меньше, а только больше. Мы же постепенно таяли, как кусок льда на солнце, но только теснее смыкли ряды. Мы все знали, что обречены, пощады нам не будет. Как и помощи. Прикрываясь щитом, наносил удары и уколы своей шпагой. Все эмоции ушли, осталась только холодная и расчетливая ярость. Не забывал вертеть головой на триста шестьдесят градусов, как учил нас дядька. Перехватил меч одного варвара, которым он готовился ударить Фредерика по спине. Сумел подобраться, мразь. Варвар свалился с рассеченным горлом. Араторн отбил копье, направленное мне в голову. Мы уже не двигались вперед. Просто стояли, отбиваясь. И в этот момент ядро требюше ударило в часть башни, рядом с нами. Полетели куски камня. Почувствовал удар в голову, дальше темнота…
Я спала…
Реальность для меня стала нежеланной… теперь мои мысли занимал только закат солнца! Необходимость быть с Росом всегда безумно пугала, но страх мелькал всего лишь на какое-то мгновение, пока Рос в очередной раз не брал меня грубо, даря минутные ощущения свободы и удовольствия.
Снова и снова я видела Слава и звёзды, стоило мне закрыть глаза. Я не понимала, почему он в моих мыслях, как и то, что за звёзды-искорки мрачно блестят, когда мимолётный оргазм сотрясает моё тело, а руки Роса сжимают моё горло, пока его шепот требует, чтобы я даже думать не смела о Святославе.
После каждого такого момента мне становилось так противно и мерзко, что хотелось пойти помыть руки, однако отвратительная зависимость возвращалась, и я покорно шла в объятья бывшего друга, отношения с которым сама же испортила глупым решением сблизиться.
