— Папочка! — окликнула я папу, и мой голос дрогнул.
Он раскрыл мне объятия, а я бросилась ему на грудь и разревелась как девчонка, напрочь забыв о гордости.
— Что случилось?
— Не знаю, мое солнышко. Наверное, отъезд Арена ее слишком сильно потряс. Проблемы с сердцем — это у нее наследственное, а в последнее время она еще слишком много волновалась. — Его голос звучал глухо, и я поняла, что он, скорее, говорит сам с собой. — Мне следовало проследить за тем, чтобы она больше отдыхала. И меньше от нее требовать. Ведь она все для меня делала.
Но тут генерал Леджер прервал папу:
— Вы же знаете, какая она упрямая. Неужели вы хоть на секунду могли подумать, будто ее можно уговорить сбавить обороты?
И они оба грустно переглянулись.
— Ладно, — кивнул папа. — Нам остается только ждать.
Отпустив папину руку, генерал Леджер сказал:
— А сейчас мне пора вернуться к себе. Надо сообщить Люси и переодеться.
— Я как-то об этом и не подумал, — вздохнул папа.
— Понимаю. Через час вернусь. Чтобы быть целиком и полностью в вашем распоряжении.
Выпустив меня, папа в очередной раз обнял генерала Леджера:
— Спасибо тебе.
Тем временем я подошла поближе к двери. А вдруг мама почувствует, что я здесь? Честно говоря, я была жутко зла. На всех, и на себя в том числе. Если бы люди не хотели от нее слишком многого, если бы я сама приложила больше усилий... Нет, я была решительно не готова потерять маму.
Я вдруг задумалась о том, что не могу жить без тех, кого люблю, но любовь — это как толстые цепи. Наверное, так оно и есть, но, да простит меня Господь, я нуждалась в этих цепях. Сейчас я чувствовала в душе безграничную тяжесть. Как-то все разом навалилось: и бегство Арена, и бремя папиных забот, и то, что мамина жизнь висела на волоске. Нет, все это не делало меня слабее, оно делало меня приземленней, что ли. И я поняла, что никогда больше не буду убегать от проблем.
Услышав звук множества шагов, я растерянно обернулась. Ко мне всей ватагой направлялись Избранные, что меня безумно растрогало.
— Мы пришли сюда помолиться вместе с тобой, — сказал Кайл.
У меня на глаза навернулись слезы. Я молча кивнула. Мальчики разбрелись по холлу, кто-то устроился на скамье, кто-то остался стоять у стены. Они низко склоняли головы, возводили глаза к небу, и я знала — все это ради моей мамы. Пусть они и нарушили размеренное течение моей жизни, я была даже рада, что все получилось именно так.
Хейл прижимал кулаки к губам, нервно раскачиваясь из стороны в сторону. Ин, как я и предполагала, излучал силу и уверенность, руки он сосредоточенно скрестил на груди. Сидевший на скамье Генри нагнулся вперед, непослушные кудри упали ему на глаза; и хотя это не входило в его обязанности, Эрик тоже пришел.
Кайл нашел свою маму, и теперь они сидели обнявшись. Кайл с трудом сдерживал слезы, и, как ни странно, заметив его слабость, я сразу почувствовала себя сильнее.
Я перевела глаза на остальных мальчиков, в очередной раз подумав о том, что прикипела душой к каждому из них, затем посмотрела на папу. Он стоял с красным от слез лицом, в мятом костюме, и я чуть ли не на физическом уровне чувствовала, как при мысли о том, что мама может умереть, папу охватывает ужас.
А ведь всего каких-то лет двадцать назад он был на моем месте, и мамино лицо казалось ему одним из многих. И вот, несмотря на все препятствия на их пути, они сумели пронести свою любовь через всю жизнь.
Что было видно даже невооруженным глазом. Об этом свидетельствовала и их общая комната, и то, как они беспокоились друг о друге, и даже то, как они до сих пор флиртовали, хотя были женаты бог знает сколько лет.
Если бы еще месяц назад кто-нибудь нарисовал подобную перспективу и для меня, я бы возмущенно вытаращила глаза и повернулась к нему спиной. А теперь? Ну, теперь все оказалось не столь однозначно. Правда, в отличие от папы или Арена, я не рассчитывала подобрать себе идеальную пару. Хотя кто знает... Возможно, найдется тот единственный, который будет целовать меня, несмотря на распухший нос, и растирать мои плечи после затянувшихся на весь день переговоров. Возможно, найдется тот единственный, у которого хватит мужества принять как должное мое высокое положение. Но тут я, пожалуй, слишком многого прошу.
Так или иначе, нельзя останавливаться. Ради себя — ради своей семьи — мне придется закончить Отбор.
А когда это случится, у меня на пальце будет кольцо.
Особая благодарность тебе, мой дорогой читатель, за то, что приобрел четвертую книжку, искренне считая, что их всего три.
Каллауэю за все, но в основном за то, что избавил меня от мытья посуды и занятий с детьми математикой.
Гайден и Зузу за то, что они такие прелестные дети, но в основном за то, что обнимали меня после тяжелого дня.
Маме, папе и Джоди за понимание, но в основном за то, что они такие же странные, как и я сама.
Мими, папе-2 и Крису за поддержку, но основном за то, что сидели с детьми в рождественские каникулы, дав мне возможность поспать.
Элейне за прекрасную работу в качестве агента, но в основном за то, что она всегда стоит за меня горой.
