А ведь управление погодой удобная штука. Полезная и наверняка очень денежная. Перешел человечек дорожку кому не надо — а ну-ка, Инга Флокк, нашли ураган на этого человечка! Я уж не говорю про тушение лесных пожаров и укрощение наводнений… Неудивительно, что Инга Флокк сейчас сидит в верхах. В панорамное окно торгового центра было видно здание городской администрации: должно быть, именно там сейчас и сидела наследница бури.
Пацанчик в футболке с мультяшными тачками, набивавший рот картошкой фри, вдруг внимательно посмотрел на меня и ткнул маму под локоть:
— Ма! Смотри, там тетя из телевизора!
Мама, которая была чрезвычайно занята своим смартфоном, не обратила на него внимания. Я тоже сделала вид, что не заметила его восклицания — тогда пацанчик сунул в уши по палочке картошки и высунул язык.
— Митя! — воскликнула мама и незамедлительно отвесила сыночке хорошего леща. — Прекрати немедленно!
Я подумала, что в нашем мире тоже есть свои бешеные гномы дошкольного возраста. Вон, поскакали целым стадом за пиццей, едва родителей не затоптали.
За окнами по-прежнему шел дождь. Инга Флокк сегодня не собиралась разгонять тучи, а вот мне эта сырость надоела до чертиков. Вчера, когда проход между мирами закрылся, я несколько минут постояла в прихожей, глядя, как мигает огонек счетчика на стене, а затем бросилась в ванную — смывать магическую пыль. Управление погодой — отличная штука, и я не собиралась его лишаться.
Подхватив пакеты с покупками, я вышла на открытый балкон торгового центра. Вид на город отсюда был просто изумительный: неудивительно, что по теплому времени года здесь было не протолкнуться от фотографов и их моделей. Сейчас тут было сыро и скучно, но все равно обнаружился какой-то типок, одетый по последней моде, то есть хуже всякого нищего — он делал селфи на фоне осеннего города. Я терпеливо дождалась, когда он уйдет, и, пристроив свои пакеты на сухом клочке пола, подошла к витой ограде балкона и несколько минут смотрела на тучи.
Низкие, тяжелые, разбухшие от воды, они делали трудную работу, и у них почти не осталось сил. Они старались, очень старались — и они устали так, что не могли двинуться с места. Ничто не напоминало им о легкой облачной беззаботности, о синеве неба, которую они закрывали, о сиянии солнца…
— Летите, — промолвила я. — Летите, милые, я вас отпускаю.
Сначала они мне не поверили. Их привела сюда чужая безжалостная воля, которая не допускала сопротивления и неповиновения. И вдруг появился некто, который пожалел их и дал им свободу. Просто так.
— Летите, — повторила я. — Вы все сделали, спасибо.
Дождь, хлеставший по городу, стал стихать. Грязно-серый цвет, наполнявший тучи, постепенно стал бледнеть и размазываться, он уходил, и тучи поднимались выше, становясь облаками. В просвет между ними тотчас же вынырнуло солнце — чистое, умытое, румяное, наполнило их насыщенной синевой, обрызгало всеми оттенками розового. А через несколько минут над городом лег огромный мост радуги, а над ним — еще один.
Дождь перестал. Я еще несколько минут постояла на балконе, а потом взяла пакеты с покупками и подалась прочь. Денек обещал быть светлым и веселым, так почему бы не забросить вещи домой и не погулять в парке?
Но стоило мне выйти из торгового центра, как все надежды на приятную прогулку накрылись пресловутым медным тазом.
Потому что в моей голове прозвучал чужой разгневанный голос:
«Что ж тебе на месте не сиделось, мать твою?»
Конечно, я не стала отвечать.
Когда-то давным-давно мама научила меня простенькой медитации, которая помогала абстрагироваться от проблем: надо было представить, что между мной и миром выстроена стена, которая оклеена зеркальной пленкой. Все плохое, что мне приносят, отражается и возвращается недоброжелателю. А поскольку с воображением у меня никогда не было проблем, то я с легкостью представила зеркальную стену, которая закрыла меня и мой разум от наследницы бури.
Потому что это могла быть только она.
Я добралась до дома, стараясь не терять концентрации, сварила кофе и принялась бояться. А боялась я всегда основательно, со знанием дела.
Я уже успела понять, что Инга была отъявленной оторвой, которая к тому же обладает и решительным характером, и смелостью, и нетерпимостью. И понятное дело, ей не понравилось появление конкурентки на территории, которую наследница бури уже считала своим королевством. Оставалось понять, насколько далеко она зайдет.
Если девушка из другого мира управляет погодой для власть имущих, то мне, наверно, стоит ждать крепких вооруженных ребят. Вряд ли Инга станет терпеть соперников.
Вот только как она меня вычислит?
А потом в дверь сперва зазвонили, потом застучали, и я поняла, что все размышления уже не имеют значения.
Попытка сбежать огородами — я снимала квартиру на первом этаже, и открытое окно вывело бы меня в сад — не удалась. Стучать перестали, и я услышала, как дверь с грохотом распахнулась от удара. Мелькнула мысль, что моя квартирная хозяйка снимет с меня голову до самой задницы.
Трепыхаться было поздно.
