— Ну да, она держала меня при себе в пабе, потому что знала о моей способности притягивать мужчин. Это ваша с Кайраном версия. Вот спасибо! Да уж, объяснили так объяснили.
Я с досадой запихала в рот весь круассан.
— Фей, тебя не было два дня. Можешь мне не верить, но я скучал по тебе. Еще как скучал. И я очень рад видеть тебя живой и почти невредимой. Давай пока на этом и остановимся. Думаю, ты просто не готова к серьезным отношениям.
Я поперхнулась. Пришлось срочно запивать круассан кофе.
— Наши… отношения… они… они…
И я закашлялась. Крошки застряли в горле.
— Не говори ничего, Фей. Я подожду. Я готов ждать столько, сколько понадобится. Вот тебе доказательство моих серьезных намерений.
Крошки наконец выскочили из моего горла, и я прохрипела:
— Но я же не брюнетка!
Ли недоуменно поднял бровь.
— Ты же предпочитаешь брюнеток. А я блондинка.
— И что?
— И то. На самом деле ты в меня не влюблен. Просто поддался моему странному магнетизму. Недаром сначала ты выбрал Фелисити Страттон.
Он застонал и закатил глаза.
— Ты всю жизнь меня будешь этим попрекать? При каждой ссоре?
— Не будет никаких ссор, — отрезала я, — потому что мы не будем вместе. Наши пути расходятся. А мой упрек со временем превратится в невинный школьный анекдот для очередной встречи выпускников.
Ли сел за стол напротив меня, подпер подбородок рукой и стал нервно наблюдать, как я ем. Меня кольнула совесть: он приготовил королевский завтрак, явно старался. А я его вот так!
— Ты наелась? — поинтересовался хозяин.
— Нет еще. Хочу бекона. Так вкусно хрустит! Напоминает о Гермесе, или это был ФедЭкс? Неважно. Я бы с радостью поджарила всех трех твоих мерзких посланников, которые торчат в картине на лестнице.
— И не их одних, судя по всему.
Ой, обиделся. Надо же.
— Прости, Ли, — я откусила кусок бекона, — завтрак сказочный. Спасибо! И что спас меня, тоже спасибо. Уже в который раз.
— Да, ты мне кое-чем обязана, если уж быть честным. Ну, да ладно. Приятного аппетита. Я сделаю вид, что не заметил твоего абсурдного утверждения насчет цвета волос, и эту тему пока что закроем.
— Пока что?
— Фей, — Ли ехидно улыбнулся, — ты забыла, счастье мое, мы уже помолвлены. И мне безразлично, откуда ты взялась: вылупилась из яйца или упала с неба. Просто так я тебя не отпущу.
Вот черт! Я действительно забыла и о нашей помолвке, и о пророчестве.
После завтрака Ли забрал из чистки мою одежду и отвез меня домой.
Но дома было пусто. И я отправилась в паб поговорить с матерью.
Там ничего не изменилось. Так же восседали за стойкой трое завсегдатаев. Так же пахло табаком и алкогольным перегаром. Кажется, эти запахи уже намертво въелись в стены и мебель. Мать просияла, увидев меня. Возликовали и трое добрых алкоголиков: Майк, Эд и Стенли.
Однако кое-что в пабе все-таки заставило меня удивиться. Вернее, кое-кто: за стойкой вместе с этими тремя обнаружился Ли.
— Фелисити, крошка моя! — Майк радостно хлопнул ладонью по барной стойке, — здорово выглядишь! Так выросла! Гляди, Стен, наша девочка-то совсем невестой стала.
Стенли молча допил свой стакан. Мать тут же поставила ему новый.
— Как думаешь, Патти, можно ей с нами выпить пива? — обратился Стенли к моей матери.
— Это плохая идея, — вмешался Ли.
— Я выпью эля, мам, спасибо, — отозвалась я и подсела к Майку.
Мать вопросительно взглянула на Ли. Какого черта? Они что, за моей спиной уже сговорились?
— Это называется шпионить, — обратилась я к Ли, отпивая глоток из пивной кружки Стенли.
— Я называю это защищать, — возразил Ли.
— Ты с ним рассталась, Фели, крошка? — осведомился Майк, вертя головой, как на теннисном турнире.
— Можно так сказать. Только он этого еще не понял.
Мать стояла к нам спиной. Но я увидела в зеркале на стене ее испуганное лицо. Увидел это и Ли. Я поймала в зеркале его взгляд и подумала:
—
—
От неожиданности у меня дрогнула рука, и пиво пролилось на джинсы.
— Я же говорю, тебе алкоголь противопоказан, — произнес Ли громко и четко.
— Да не лезь ты, зануда, — возразил Майк, — девочка выросла. Дай ей пива выпить. Имеет право.
— Знаешь что, Ли, — я пыталась вытереть пиво со штанов, — пойдем поговорим с глазу на глаз.
Он встал с довольной ухмылкой.
— С радостью, Морган. Миссис Морган, весьма вероятно, что Фелисити сегодня опять не будет ночевать дома.
Что?!
Он взял меня за руку и вывел из паба. Радостное ржание трех придурков было слышно на улице.
— Ладно, прежде чем ты уйдешь… — начал Ли.
— О чем она подумала? — перебила я.
Ли все так же за руку повел меня за угол, где был припаркован его «Мерседес».
— Она подумала о своем отце, твоем деде.
Ли впихнул меня в машину, сел сам, и мы поехали.
— Дед нашел тебя в лесу. Но не тебя одну. Он рассказал об этом твоей матери, уже когда умирал. Рядом с тобой лежали некоторые предметы. Очень древние и ценные. И он их спрятал. В разных местах.
