— А я и не стараюсь. Я поступаю так: как считаю нужным. И все, — пожала плечами я. — Ты очень ошибаешься: если считаешь меня хорошей. Если бы я была на вашем месте, ища кров своим людям — я бы не только женила на себе миель, и попыталась ее контролировать… Я бы сделала такое: что вам бы и в кошмарных снах бы не приснилось… И для всех будет лучше: если об этом никто никогда не узнает, — глубоко вздохнула я. — У вас сложилось ошибочное мнение. То: что я стараюсь поступать по справедливости, не делает меня хорошей. Это помогло тебе в твоем решении, Ирвин?
— Да, я остаюсь, — я удивленно вскину брови на такой ответ. — Именно потому: что ты не стараешься быть хорошей, — пояснил волк. — Существует много ситуаций, при которых нет однозначной стороны — плохой или хорошей. И меня устраивает твой подход: стараться поступать по справедливости.
— Хорошо, — кивнула я, принимая ответ. — Гидеон, Дилан, вы сами поговорите с народом, который привели в мои земли, и объясните им: почему оставляете их со мной. Сами же можете улететь: когда посчитаете нужным и закончите передавать дела оставшимся советникам. На сегодня все…
— У меня есть для тебя сюрприз, — хитро прищурился Джеймс.
Мы уже покинули столовую и направлялись в спальню, и как раз подошли к двери, но блондин утянул меня дальше по коридору. Он толкнул дверь больших апартаментов, которые я раньше занимала с Диланом, и я просто остолбенела на пороге.
Я не узнала эти покои — здесь все было по-другому. Перешагнув порог помещения, я принялась осматриваться: шикарная мебель из светлого дерева, отделанная кожей молочного оттенка. Стены обтянуты серебристой тканью — что делало комнаты визуально в разы просторнее и воздушнее. В несколько слоев занавесок, украшающих окна и балкон всевозможными оттенками голубого цвета и такой же балдахин, который создавал впечатление: что спишь под самым небом. Возле камина появилась еще одна дверь, за которой оказался огромный кабинет-гостиная с двумя большими письменными столами, креслами и несколькими книжными шкафами. Я помнила, что мне сказал Джеймс: он устроит здесь все по своему вкусу — и сейчас я была впечатлена.
— Лил, — позвал он меня, и я вернулась из кабинета к нему в гостиную.
Между креслами стоял небольшой столик, с которого миал взял стопку чистых листов, карандаш и протянул это мне.
— Нарисуй мне то: что бы ты хотела здесь видеть еще, — прокомментировал он свои действия. — Я бы хотел: чтобы в этих комнатах присутствовал твой иномирный, и такой неповторимый отпечаток…
- Джей, но мне все нравится, — растерялась я от таких искренних слов. — Я бы не хотела ничего менять, а мой отпечаток здесь обязательно появится со временем проживания.
— Но здесь все по-моему, складывается впечатление: что не я — а ты у меня будешь проживать.
— Разве есть разница? — приблизилась к миал я, заключая его в объятия и сцепляя пальцы за его спиной. — Ты знаешь, в моем мире говорят: с милым рай и в шалаше. Это означает: что не в месте дело, а в партнере.
— Милым? — вздернул бровь он. — Я — милый… кхм-кхм… — от чего-то смутился он.
— Ой! — послышался знакомый писк от двери.
— Входи, Дани! — огласил комнату наш слаженный хор.
— Госпожа, господин, доброго утра, — пролепетала служанка, вваливаясь с огромной кипой одежды в руках. — Я не помешала? Господин, вы приказали…
— Да-да, я помню. Тебе еще долго возиться с тряпками? — перебил он женщину.
— Есть немного, — отозвалась она, проходя в спальню, а затем и скрываясь в гардеробной. — Портные сегодня принесли несколько утепленных платьев и пуарэо — все же осень пришла, и вот… подкинули мне работы.
— Это хорошо, а то что-то твоя госпожа последнее время мерзнет, — задумчиво уставился на меня Джеймс.
— Что??!!! — усталость женщины как корова языком слизала — она вылетела из гардеробной и уставилась на меня глазами-блюдцами. — И давно такое с вами, миель?
— Ты чего вопишь?! — растерялась я. — Немного руки замерзают — ничего серьезного.
— Миель не может замерзнуть, — уставилась она на меня, ожидая какой-то реакции.
По-моему, у нас выдалось минутное недопонимание. А точнее я должна была в очередной раз знать что-то такое: что объяснит мне мое состояние. Не дождавшись от меня нужной реакции, Дани молча цапнула меня за руку и утянула в гардеробную.
— Госпожа, а объясните мне вот что…
Служанка выдвинула верхний ящик комода и кивнула в сторону моего нижнего белья, а потом вопросительно уставилась на меня. Я пробежала быстрым взглядом по моему откровенному белью для этого мира…
— Эммм… ну, да, мне нравится носить такое. Разве в этом есть проблема?
— Миель, я не о ваших странных тряпочках, я об этом, — выудила она какой-то небольшой кусочек как будто спрессованной ткани.
— И что это? — я заметила целую стопочку таких же в ящике.
— Как: что? Пока вы спали после поднятия корранов из Колыбели Жизни, то я сама за вами ухаживала и подкладывала. А сейчас? Уже третий день — а я не нахожу ни одной грязной в купальне!
— Какой еще третий день? — нахмурилась я.
