Глубоко вздохнув, я оторвалась от своей подпорки и направилась к Анэрии. Та шустро избавила меня от платья и спросила, не нужно ли еще чего-нибудь. И только после заверений, что до утра уж мне точно ничего не понадобится, удалилась.
Я же быстро умылась и наконец-то забралась под одеяло, едва не постанывая от удовольствия. Как же хорошо-о-о! Теперь срочно спать. Погрузиться в приятную дрему, чувствуя, как сознание охватывает темнота и…
И тут неожиданно раздался громкий, уверенный стук в дверь.
Да что б его!
«Кто бы ты ни был, пошел бы ты на фиг», — мысленно пожелала я и перевернулась на другой бок.
Однако стук повторился. А потом повторился еще раз, сопроводившись весьма недружественным рыком дэйнатара:
— Инга!
Пришлось вставать и, поеживаясь от прохлады, идти в гостиную и открывать дверь.
— Чего тебе? — я хмуро уставилась на позднего гостя. — Я, вообще-то, уже сплю.
— Хотел узнать, как тебя проводили, — бесцветно сообщил Арданэллир.
Шевельнувшееся, было, раздражение тут же погасила очнувшаяся совесть.
«В конце концов, он ведь беспокоится. Пришел, наверное, едва освободился от короля».
— Нормально меня проводили, дошли без проблем, — сообщила я и, не удержавшись, зевнула. — Спасибо за беспокойство. Все в порядке.
Однако вопреки ожиданиям тот ответом не удовлетворился. Напротив, скользнувший по мне взгляд дэйнатара вдруг вспыхнул ртутью и остановился где-то в районе шеи.
— Синяк откуда? — леденючим голосом уточнил он.
У-у…
«А ведь это, похоже, когда Бернард меня… черт, там засос, что ли?»
— Не знаю. Ушиблась, наверное, — ляпнула я на автомате.
И тут же услышала резкое:
— Врешь.
От обвинения во мне вспыхнуло смущение, правда, почти тотчас сменившись злостью. Ну, вру. И что? Кто он такой, чтобы перед ним по любому поводу отчитываться? Какое ему дело до моей личной жизни, вообще?
— Вру, — вскинув голову, с достоинством признала я. — И имею на это полное право. Потому что по условиям сделки правду рассказывать не обязана.
— Инга…
— Послушай, Арданэллир, я ценю твою заботу и все такое. Но ко мне действительно не применяли никакого насилия и не пытались околдовать. Я жива и здорова. А еще очень хочу спать. Так что, если ты не против…
Дэйнатар оказался против.
Едва я попыталась закрыть дверь, ее перехватили, а в следующее мгновение втащили меня в комнату. Разумеется, войдя следом.
— Ардан! — только и успела я возмущенно пискнуть.
— Позже выспишься, — отрезал тот. — После того, как усвоишь некоторую жизненно важную для своей глупой головки информацию.
В сумерках освещаемой лишь одним небольшим светильником комнаты дэйнатар с сияющим ртутным взглядом и наполовину исполосованным шрамами лицом выглядел жутко.
— Ты хоть понимаешь, с кем связалась? И что тебя ждет?
— Ардан, я не девочка, — напомнила я нервно. — И не романтичная дура, которая мечтает о принце и замужестве.
— Да нет, как раз женится на тебе Бернард с удовольствием, — он неприятно усмехнулся уголком губ. — Ровно с тем же, что и Гардар. Или уже забыла того, от кого убегала? И по какой причине это делала?
Я вздрогнула. Злость на мужчину как-то резко начала пропадать.
— Но разве он уже…
— Знает, разумеется. О книге Азарвила знают все они, Линнелир такую информацию и не подумал бы скрывать. А ты по собственной воле…
— Да не было ничего такого! — воскликнула я и, оправдываясь, пробормотала: — Ну поцеловали меня, и что? В этом-то ничего страшного нет.
— Так в этом уверена? — холодно произнес Арданэллир. — Ты не знаешь этот мир, Инга. Бернард, как и его мать — са-ариин, тот, кто поглощает эмоции. Способность к очарованию и ментальной магии у него в крови. Как и способность вызывать и питаться эмоциями людей. Так что Бернарду в этом плане даже колдовать не надо. Если он захочет, женщины рядом с ним и так долго не проживут. Попросту выгорят от своих же чувств под воздействием его ферромонов. Все еще не страшно?
Страшно, блин! Еще как страшно!
Вспомнив собственную слабость и головокружение после поцелуев принца, я зябко обхватила себя руками. Кто ж знал, чем на самом деле это было вызвано!
«Хочу тебя попробовать… ты так горишь…»
Вот ведь. Он и впрямь, получается, меня пробовал. Самым натуральным образом! А инстинкты и ферромоны — не магия, как от них защититься?
— Гарольда Сирского от матери Бернарда защищала лишь клятва верности, принесенная ею на крови, — тем временем, все с тем же убийственным спокойствием продолжал дэйнатар. — А тебе, вроде бы, клятвы никто не приносил, если я не ошибаюсь. В другое время мне было бы плевать. Но не сейчас. Во-первых, у нас сделка, и ты вместе с книгой нужна Туманному королевству. Во-вторых, ты, как ни неприятно это признавать, спасла мне жизнь. Поэтому пока ты не научишься хотя бы более-менее сносно защищаться, ни к одному темному магу я тебя не подпущу. Разве что за исключением Линнелира. Как он мне ни противен, все же этот полукровка может научить тебя чему-то путному. Да и жрецы одного бога друг другу вреда не могут причинить.
