За Кассандрой к дому ее одноклассницы подъехал Харт, вежливо поздоровался со всеми, чуть дольше, но незаметно для окружающих, подержал руку Денетрис в своей. Некоторое время он поговорил с Алестером, который показал ему свой автомобиль. Оба мужчины даже что-то рассматривали, практически лежа под техникой, причем, как оказалось, Харт дал несколько дельных советов по восстановлению и реставрации старинного автомобиля.
— Как прошел день? — поинтересовался Харт у племянницы, пока ехали в сторону замка.
— Дружная семья, любящие друг друга люди. Что скажешь по ее состоянию? У нее слабый, но импульс имеется, но ни одна аппаратура это не фиксирует.
— Я тоже его почувствовал. Значит, шанс, хоть и минимальный, есть. Поэтому для «знакомства» с ее органами ты выбрала воду! Понял только сейчас, — дядя с восхищением глянул на свою пассажирку, которая подняла вверх большой палец на руке. — Кстати, наши люди, наблюдавшие за домом, отследили Уоррена и его двоих дружков. Подойти им близко не дали. Думаю, вам с Денетрис надо готовиться давать отпор его компании. Нападок будет много.
— Вырву им языки, — спокойно ответила племянница и подняла голову, глядя на небо, на котором в этот момент сверкнула молния.
«Все ее негативные эмоции, как и у графини, сразу отражаются на небе и в атмосфере. Уникальная особенность», — подумал Харт.
— Глава вернулся? — поинтересовалась девушка у дяди, входя вместе с ним в замок.
— Будет через сутки.
— Тогда я к себе, — она помахала рукой и вихрем умчалась в свою комнату.
Кассандра часа полтора играла на барабанной установке, причем так громко и практически без перерывов, что со стороны могло показаться, что репетирует целый оркестр барабанщиков. Потом она остановилась и задумалась, виртуозно крутя барабанные палочки в руках, как делает всегда, когда погружается в какую-то проблему.
«Ребенок думает», — Харт сидел за письменным столом и в виде рисунка переносил на бумагу свои ощущения от импульсов, которые исходили от девушки в инвалидном кресле в момент рукопожатия.
Когда изображение было готово, Харт сверкнул своими глазами, и рисунок прямо на бумаге начал светиться, причем в некоторых участках разным цветом, что вызвало его беспокойство, и связано оно было не с вопросом успешности того, как Кассандра приняла решение помочь однокласснице, а с возможными проблемами у самой племянницы после всех ее действий.
— Вас тоже этот вопрос заинтересовал? — Харт услышал голос Иннокентия, выходящего из темного угла рабочего кабинета.
— Привет, коллега. Точнее сказать, беспокоит то, сколько энергии должна потратить Кассандра на каждый импульс.
— Даже бессмертный вампир после такого должен восстанавливаться. Я тут прикинул, с учетом состояния Денетрис потребуется не менее трех импульсов. Если исходить из того, что говорил наш гениальный ребенок, интервал между ними должен быть два дня. Сможет она свои силы за это время восполнить? — Иннокентий смотрел на светящийся рисунок, потом указал на один из участков, который мерцал неоновым светом. — Вот это самый опасный сгусток нервных окончаний. Он потребует много ее сил.
— Прошлый раз именно воздействие на него и вызвало у вас неприятные ощущения.
— Ну, это мягко сказано.
— Если бы можно было вместо нее выступить проводником, — Харт задумался и подпер рукой подбородок.
— Лучше подумать над тем, как ей помочь восстановить силы, — скелет взял в руки лист с рисунком.
— Алло, домочадцы! Я все слышу. Харт, вы с Иннокентием громко думаете. Спешу вам напомнить, что всегда получает большее тот, кто рискует, — раздался голос Кассандры. — Этот риск, уверяю, обоснованный.
— Не ребенок, а разведывательная система страны, — Иннокентий стал постукивать костяшками пальцев по столу, пытаясь вспомнить азбуку Морзе, при помощи которой можно было бы обсуждать с Хартом вопросы, касающиеся этого ребенка.
— Иннокентий, в двух словах допустили ошибки, — раздался голос и смех девушки.
— Вот никакой приватности в этом замке, — начал ворчать скелет.
— Дитя, я тебе тут кое-какие бумаги передам, посмотри на них, — слова Харта долетели звуковым посланием до комнаты девушки, расположенной в другом конце замка.
— Дядюшка, ты продал душу дьяволу и хочешь, чтобы я проверила правильность оформления сделки? — смеющийся голос вызвал улыбку не только Харта, но и скелета.
Уже через двое суток Алестер привез свою дочь в адрес, где ее ждала одноклассница и медсестра. Девушка познакомилась с Никой, которая ей показалась очень милой. И втроем они направились на первый с момента аварии заплыв Денетрис в бассейне.
Поскольку девушка очень стеснялась своего состояния, и это сразу поняла Кассандра, они с Никой отказались от помощи кого-либо из клана. В помещении были только они втроем.
— Девочки, — обратилась Денетрис, когда подъехала на своем кресле к кромке бассейна, — я ведь очень тяжелая. Как мы сами справимся? — она никак не могла вникнуть в способ ее погружения в воду.
