Наследница мороза полностью

— Нет. Мы… мы все вернёмся. Все до единого, — настаивала Эйра. Больше льда. Больше силы. Если у неё будет достаточно силы, никто из тех, кого она любит, больше не умрёт. Она стала намного сильнее, чем была, когда Ферро убил Маркуса. Это… — Для меня это ничего не значит. Я спасу её.

— Ты не можешь спасти ее.

— Я стану настолько могущественной, что сама Смерть будет меня бояться. Я буду сражаться с ней за неё, если придётся, — выпалила Эйра. Ее голос дрожал от слёз.

— Эйра… ты нужна нам. Нам нужна твоя помощь, иначе мы все здесь погибнем.

Эти слова настолько потрясли её, что Эйра оглянулась. Падал снег и пепел, окрашивая мир в подобающе мрачные серые тона. Рыцари, преследовавшие их, все замерзли и умерли в стазисе Эйры. Оливин цеплялся за Йонлина, осматривая брата, лежавшего на земле ничком. Элис обнимала Дюко, который выл, будто потерял конечность. Если бы она не держала его, он мог бы броситься с обрыва. Он дрожал, задыхался и раскачивался. Казалось, что у него из груди вырвали сердце, и звук эхом разносился внутри, усиливаясь и превращаясь в воплощение горя.

Они нуждались в ней…

Что хорошего она им сделала? Она лгала им. Скрывала от них. А когда она решила не лгать, стала советоваться с ними по всем вопросам, чтобы убедиться, что она не принимает решения в одностороннем порядке… случилось это.

«Нам нужен лидер. Кто-то, кто будет принимать решения, или… тогда неизбежно начнется хаос». Слова Лаветт эхом вернулись к ней. Было ли все это из-за того, что Эйра не принимала решения за всех них?

Это из-за нее умерла Ноэль? Что еще она должна была сделать? В голове у нее стучало, сердце замерло.

— Эйра, пожалуйста. — Каллен отстранился. Его кожа была бело-голубой в том месте, где он цеплялся за нее. Его зубы стучали.

Эйра перевела взгляд с него на огонь. На ад, который продолжал бушевать и тлеть. Возможно, этот огонь, подпитываемый сланцем, будет гореть целую вечность. Даже после смерти Ноэль будет гореть ярко. Она оставит свой след на земле, который переживёт её на долгие годы. Эйра отступила, поворачиваясь, притягивая к себе магию. Земля стала крошащейся и бесплодной, обожжённой ее морозом.

Она, пошатываясь, пошла от края, и каждый шаг казался предательством. Часть её хотела вернуться и попытаться снова, несмотря ни на что, даже когда надежда была потеряна. Часть её чувствовала, что находится в той пылающей яме, сжимая в объятиях Ноэль.

— Нам нужно уходить, — её голос был отстранённым, пустым, когда она нависла над Дюко и Элис.

Дюко обратил к ней свое лицо. Эйра знала, что произойдёт, ещё до того, как это случилось. Он бросился на неё, схватил, сжал в кулаке её рубашку. Другой рукой он замахнулся и попал в цель. Эйра не сопротивлялась. Даже когда он отпрянул и ударил её во второй раз. Эйра знала, как держать удары.

— Она умерла из-за тебя!

Она не стала уклоняться, когда был нанесен третий удар.

— Потому что ты ей позволила!

И четвертый тоже.

Но Эйра остановила его в пятый раз, и её щёки горели так же сильно, как и глаза. Кровь текла у неё из носа и рассечённой губы.

— Я знаю. — Она сжала его дрожащий кулак в своей ладони. — Но это не вернёт её. А нам надо уходить.

— Ты…ты хоть посмотрела? Что, если она…

— Она умерла. Я посмотрела. Я пыталась. — Но ей потребовалась вся сила воли, чтобы не побежать обратно и не проверить ещё раз. Не надеяться, что Ноэль вопреки всему появится с одной из своих обычных высокомерных шуточек.

— Я бы предпочел умереть вместе с ней.

— Я знаю. — И она имела в виду именно это. Но она не позволит ему броситься в яму вслед за Ноэль.

Дюко задрожал и опустил голову. Он плакал, пока слёзы не застряли у него в горле. Пока его не стошнило.

Эйра подождала, пока он закончит. Когда он закончил, Элис обняла его за плечи. Она поддерживала его с такой силой, что Эйра восхитилась тем, что она всё ещё может это делать.

Они ушли, направившись в лес, к далёкому городу и кораблю, который им были должны. Ради которого они пожертвовали всем.

У Ноэль не было надлежащего Ритуала Заката.

Для этого не было тела.

Но, по крайней мере, была принесена жертва. Поэтому в ту ночь Каллен читал молитвы на палубе лодки, которую успешно раздобыли Лаветт с Варреном. Они смотрели на береговую линию Карсовии вдалеке, на кровавое небо, отражающее языки пламени, которые достаточно ярко горели, чтобы освещать точку на горизонте, когда всё остальное погрузилось во тьму.

После окончания молитвы разговоров было немного.

Дюко держался особняком. Все давали ему пространство, кроме Элис. Несмотря на то, что во время их пребывания в клиниках Эйра была единственной, кто общался с умирающими, именно Элис пошла проведать Дюко. Эйра была уверена, что она была последним человеком, которого он хотел видеть. Она чувствовала себя последним человеком, с которым кто-либо из них хотел бы находиться рядом.