Финн не успел отреагировать, лишь очень пронзительного взвизгнув, когда Каллиас перекинул его через плечо. Вес Финна потащил его в сторону. Каллиас засмеялся и, пошатываясь, вошёл в воду. Финн выкрикивал впечатляюще разнообразные проклятия и пинал Каллиаса по бедру, пока он не швырнул их обоих в солёные волны. Крики Финна оборвались хлюпаньем и всплеском.
— Это… — сердито сказал Финн, вылезая обратно на берег, с его волос капала вода. Он принялся отжимать хлопчатобумажную рубашку без рукавов: — Было
Каллиас ухмыльнулся. Бремя, лежащее на его плечах, немного ослабло.
— Но
Сколько времени прошло с тех пор, как всё казалось таким нормальным? Дни… недели? Как давно он притащил Солейл домой. Он не мог вспомнить, когда в последний раз они с Финном смеялись и спарринговали вместе. Оба они были поглощены другими вещами — другими людьми.
Финн закатил глаза, но улыбка боролась с раздражением за доминирование на его лице.
— Ты задница.
Каллиас отвесил широкий поклон, его мокрые волосы взметнулись дугой от движения.
— Виновен по всем пунктам обвинения.
На этот раз Вон и Финн оба запротестовали, Финн бросил свою сброшенную сандалию в голову Каллиаса, Вон сморщил нос, стряхивая капли морской воды со своей книги.
— Спасибо тебе за это. Я как раз подумывал, что мне нужно её помыть.
Каллиасу пришлось сдержать смех, этот дикий экстаз, рожденный солью и песком, распирал его грудь, отчаянно пытаясь найти выход, чтобы быть полностью объятым. Но он не мог поддаться этому до конца, не с ними.
Скоро он найдёт время, чтобы сбежать сюда в одиночку. Может быть, во время Фестиваля Солёной Воды, когда все остальные будут заняты на общественном пляже, а не на собственном.
— Извини, — сказал он своему шурину, выпрямляясь и зачёсывая волосы назад. — Не хотел подставлять тебя под перекрёстный огонь.
— Конечно, — вздохнул Вон, печально глядя на свою влажную книгу. — Теперь страницы будут сморщенными.
Смех Каллиаса застрял в его горле, когда он оглянулся на море, наблюдая, как Джерихо покачивается на доске, повернув лицо к солнцу и расслабив плечи в гидрокостюме. Он годами боролся за её защиту, решив не подвести ещё одну сестру. Он потратил так много сил и времени, готовя Атлас к её будущему правлению, мягко уговаривая общественное мнение на её пути после потери Солейл, тщательно полируя её образ, пока он не засиял: первенец Атласа, зеркальное отражение её матери с нежной душой своего отца. Адриата была королевой войны, победительницей. Джерихо будет королевой мира, и он постарался изобразить её именно такой.
Нынче это было не так уж сложно; она редко вмешивалась в грязную сторону войны с тех пор, как болезнь Вона обострилась, и Атлас начал побеждать.
— Кэл.
Вон опустил холодную руку на его плечо и мягко встряхнул его.
— Не беспокойся об этом, пока не будет о чём беспокоиться. Джерихо держит всё под контролем, как всегда.
— Верно. Я знаю, что так и есть.
Финн резко встал и стряхнул песок с тела, его лоб был изрезан морщинами.
— Я пошёл. Мне нужно перекусить.
— Принеси немного с собой, ладно? Я умираю с голоду, — сказал Вон, и, взглянув на костлявое запястье принца-консорта, Каллиас поверил ему.
— Рад видеть, что к тебе вернулся аппетит, — тихо сказал он.
Финн тем временем пробирался по горячему песку, его недовольные ругательства доносились до них с тёплым бризом.
Вон пожал плечами, свет в его глазах потускнел.
— Хорошие дни и плохие дни, да?
— Джерихо всё ещё не нашла ничего, что могло бы помочь? Или что может быть причиной этого?
Вон покачал головой, скрестив руки на груди, его глаза снова искали свою жену. Печаль омрачила его черты.
— Оказывается «истощающая болезнь» охватывает множество состояний, задокументированных на протяжении веков. Она не нашла ничего, что помогло бы больше, чем на несколько дней.
— Я снова пошлю сообщение в Арбориус. У них должно что-то быть.
— Джерихо уже сделала это. Твои кузены экспериментировали, присылали нам разные лекарства для пробы, но… — жалкая, усталая улыбка. — Похоже, Анима решила передать меня на попечение своей сестры.
В горле Каллиаса образовался комок. Он прочистил горло, проскрежетав:
— Не говори так.
— Нет смысла бороться с неизбежным, Кэл.
— Есть всякие возможности. Твоя смерть не является неизбежностью.
Глаза Вона блеснули, что казалось совершенно неуместным в этом разговоре.
— Мне нравится твой оптимизм, но думаю, ты обнаружишь, что смерть неизбежна для всех.
Каллиас коснулся плеча Вона своим.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Мы дали обещание, помнишь? Мы прежде всего. Ты часть этого обещания. Мы найдём что-нибудь, что поможет тебе.
Маска, которую он так часто видел на лице Вона, дрогнула, показав лишь проблеск страха, который скрывался под ней, тень под звёздами. Горло принца-консорта дёрнулось, в его глазах появился лёгкий блеск.
— Джер в последнее время почти не спит. Я постоянно нахожу её в библиотеке, уткнувшейся лицом в книгу. Она доводит себя до
Что-то смягчилось в груди Каллиаса.
— Я не виню её.
