— Может и не узнать. Он теперь или родню ругает, или на деньги сворачивает. Говорит — я эту плиту нашел, это мои миллионы. Что за плита — непонятно. А когда прояснение в голове — о какой-то девушке рассказывает. Говорит, в банке служит. Лучше вы его не трогайте. А если хотите — можете пожертвовать на богаделенку, мы ему лекарства купим.
Делать нечего — Кречет полез за кошельком. Но потом он дождался санитарки и уговорил ее на следующий день вывести старика через задние ворота церковных владений. Ненадолго, хоть на четверть часика.
Анюта принесла Феденьку домой, попробовала разбудить, чтобы покормить, не получилось, она не стала настаивать, хотя обычно была строгой по части режима мамочкой. Ребенка она положила не в кроватку, а на диван, потому что диван был ближе. Потом она села рядом, тупо уставившись на экран выключенного телевизора. Что-то в жизни было не так, что-то было не так…
Ее потянуло в сон. И она сама не поняла, как прилегла возле ребенка, обняв его и уткнувшись лицом ему в затылок.
Проснулась Анюта оттого, что кто-то сердито сказал ей:
— Памперс!
И она поняла, что не меняла сыну памперс уже несколько часов. Как это могло быть?!
Несколько секунд спустя проснулся и закричал Феденька. Анюта кинулась раздевать его, подмывать, надевать чистый памперс…
Чистого не было. Она вспомнила — в упаковке оставалось две штуки, она их положила в подвесную сумку на коляске, планируя зайти в аптеку и купить новые… Где сумка? Где коляска?..
Пропало все — коляска, сумочка со смартфоном и кошельком, любимая Феденькина бутылка для воды. Анюта попробовала вспомнить, где бы могла оставить коляску. Не получалось.
Она подумала — может, соседка Настя знает? Взяв на руки сына, она вышла в прихожую и поняла, что входная дверь все это время была открыта. Нужно было найти ключи. Ключей нигде не было. И Анюта решительно не понимала, как попала домой.
Оставив, так и быть, дверь полуоткрытой, она побежала к Насте. Соседка ахнула — такого же не может быть! Взять ребенка из коляски и принести домой, а коляску где-то оставить? Велев Анюте возвращаться и покормить хнычущего Феденьку, Настя спустилась вниз — ловить и расспрашивать соседей. Никто ничего не понимал, только Света, тоже молодая мамочка, сказала, что вроде бы видела Анюту возле сараев, но не уверена. Тогда Настя пошла к сараям, на всякий случай заглянула в маленький дворик и увидела прислоненную к стене лестницу.
Анюта отказывалась что-либо понимать. Какой-то вор лез к ней, разбил окно, забрался в квартиру. Что он мог взять?
Вдруг ее осенило: двухеврики! Откуда вору знать, что они хранятся в духовке, Анюта не подумала.
Когда сильно озадаченная Настя ушла, Анюта полезла пересчитывать свои сокровища. Те, что в духовке, все были на месте. Она задумалась: что-то еще имелось, что-то еще… Две монеты, две монеты, имевшие особое значение, две очень важные монеты! От них зависит будущее! Две, две, они тянутся друг к дружке…
Наступило то состояние, которое давало ей возможность находить пропажи. Но сам переход к нему она не уловила.
Анюта посмотрела на свои ладони. Вот тут лежали эти монеты, выделяющие тепло, вот тут грели руки и наливались жаром…
«Мальчик» и «девочка»!
Если бы Анюта поняла, что ее страстное желание разводить деньги оказалось сильнее установки Ромуальда, она бы возгордилась.
В керамической посудинке «мальчика» с «девочкой» не оказалось.
Как многие женщины, не воспаряющие интеллектом в облака, Анюта была довольно подозрительна. Она не доверяла тем, кто смеется над анекдотами, потому что сама редко какой анекдот понимала. Она все время ждала подвоха. И вот дождалась.
Логика простой души, озабоченной бытом и деньгами, подсказала: Анюту выманили из дома, чтобы обворовать. Двухеврики в духовке не нашли, потому что она — умная, знала, куда прятать. А «мальчика» с «девочкой» в керамической посудинке нашли!
Состояние, в котором Анюта почти себя не контролировала, на сей раз не мешало ей мыслить связно. Все складывалось — монеты были «мальчиком» и «девочкой», женщина, делавшая подарки, зазвала Анюту в «Авалон», а ее сообщник в это время шарился по квартире.
Золотые украшения Анюта тоже прятала — не в шкатулочку, оставшуюся от матери, а в жестяную банку с надписью «Кофе», и банку эту держала в кладовке, за пакетом картошки. Зачем прятать эти дешевые колечки и цепочки, она знала точно: на черный день. Можно иногда надеть, когда идешь в люди. Но лучше, чтобы золото лежало в безопасном месте.
К банке никто не прикасался. Новые вещи в шкафу висели и лежали на своих местах. Час спустя Анюта поняла: вор приходил именно за «мальчиком» и «девочкой». И она расплакалась, разревелась, как девчонка, и ревела самозабвенно, яростно, злобно.
Две монеты, которые наконец стали размножаться регулярно и обильно, были ей необходимы! Ей! Потому что вернуть Виталика следовало ей! Он по справедливости, как отец ее ребенка, принадлежал ей!
Нужно было идти в «Авалон» и преследовать воровку.
