Их окутывала тьма, впитывая любые эмоции, поглощая острое удовольствие. Он вошел в Леру резко, заглушая поцелуем вскрик боли, но двигаться прекратить не мог. Даже на секунду остановиться был не способен, тем более, когда она отвечала на каждое его движение поднятием бедер, стремлением стать еще ближе.
Лера кричала, царапала спину, извивалась как дикая. И он не мог насытится ей вот такой – горячей и страстной, желанной до невозможности. Ни с кем не испытывал подобного накала, не знал, что способен настолько увязнуть в эмоциях.
Лера вонзила ногти ему в плечи, распахнув глаза от пронзившего удовольствия. Он в пару толчков догнал ее и замер, смотря в алые омуты. Проник языком в раскрытые губы девушки, проводя кончиком по небу, усиливая ощущения накрывшего обоих оргазма. А потом снова с упоением целовал, понимая то, что ускользало от него все это время. Тени вокруг были слишком густыми и плотными, а алые глаза - отличительный признак темных, потерявших контроль.
Он отстранился на секунду, чтобы призвать свою вторую суть назад, и она непослушно дернулась, с неохотой залетая за спину. Лера села, с любопытством рассматривая разделившууюся на 2 части тьму, совершенно не понимая, что все это значит. Он хотел ей объяснить, и даже открыл рот, но вместо разговора получил горячее женское тело, обвившее его, подобно лиане и поцелуй, уносящий сознание так далеко, как ему и не снилось.
Пожалуй, тьма еще немного подождет.
Юра крепко обнимал Леру, одной рукой поглаживая короткие волосы. Так и не спросил, зачем обрезала. Да это и не важно, хоть длинные светлые пряди было и жаль. Гораздо сильнее волновало нежданное открытие, способное внести еще больший хаос в жизни их семей.
Темная. До сих пор в это поверить было сложно. Зато данный факт очень многое объяснял. Не зря же дед говорил, что тьма тянется к подобному. Вот и их с самого детства друг от друга было не оторвать. И ведь как мастерски скрыто, что никто не заподозрил неладного. Да, заблокированный маг, об этом знали, но тьмы в Лере не чувствовалось вовсе.
И даже после полного раскрытия магических потоков несколько дней назад, силы были будто заперты изнутри. Какой-то хитрый родовой блок или сильное проклятие. Мощнейшее, раз даже при угрозе жизни тьма не смогла вырваться. Он покачал головой, прижимая Леру еще сильнее. Теперь потребность в ней станет нестерпимой. Консумация завершила обряд, связь на их аурах видна невооруженным глазом. Любой маг, едва посмотрев, поймет, что они женаты. Но как об этом рассказать Лере, которая может все это воспринять в штыки. Все-таки ее мнение Юра совсем не учитывал и действовал за спиной.
Но и снова отпустить Леру он уже не мог. Она его. Вся, до кончиков пальцев. Тьма внутри сыто завозилась, полностью соглашаясь с умозаключениями хозяина. Только вот браки между темными запрещены. И если кто-то узнает об их связи, даже дед не сможет помочь.
Юра потянулся к Лере ментально, стирая последние события этой ночи, скрепя сердце уничтожая ее воспоминания о себе. Пусть помнят с Элей только до момента с оборотнем. Ему хотелось капнуть глубже, посмотреть как они попали в Ринарин, что способствовало пробуждению магии Леры, но вовремя одернул себя. Залезет глубоко, она может почувствовать вмешательство, начнет анализировать и стертое выплывет наружу, как уже случилось не так давно.
Вот и объяснение ее устойчивости к внушению, темные вообще слабо поддаются менталу, потому что зачастую обладают гораздо более сильными способностями. По крайней мере те, у кого в крови истинная тьма.
- Кто же отметился у тебя в роду, любимая? – прошептал, продолжая напряженно просчитывать варианты. У Серафимы спрашивать бесполезно. Не зря она столько лет прячется в деревне, ставшей пристанищем для беженцев из магического мира.
Юра задумался над тем, что стирание памяти может на Леру не подействовать вовсе. Ведь воздействовать у него получалось лишь при ее заблокированном даре, а как только магия начала просыпаться, пошли трещины и скрытые события обрели четкость.
Он принял решение, выбрав наилучший вариант из возможных. Родовой блок. Его всегда накладывает глава или тот, кто обладает большей силой. Что ж, можно попробовать, ведь остаться рядом у него не получится. А что может натворить неумеющий управлять своей силой темный маг? Подумать страшно!
Юра аккуратно поднялся, стараясь не потревожить девушку и призвав тьму, начал произносить заклинание. Строки, вызубренные наизусть, ради безопасности Леры, и даже пару раз применяемые на практике. Только теперь он после каждой фразы вставлял «Рикме», призывая к силе рода. Дед почувствует, как пить дать, зверствовать будет. Хорошо бы хоть стены школы выстояли, если он вдруг заявится.
После очередного «Рикме», Юра ощутил существенный отток сил, что несказанно радовало. Лера заворочалась, задышала чаще, стараясь справиться с волнующейся внутри силой, которая почувствовав свободу единожды, вновь уходить на задний план не хотела. Но у него все же получилось, хоть от напряжения и тряслись руки, будто вагон с цементом разгрузил.
