Наследница темной крови полностью

В 7 утра следующего дня я уже была на пробежке и, борясь с понуканиями Сергея Михайловича (он же дядя Сережа), тяжело отдувалась за все 2 месяца безделья. Вот нельзя так с людьми поступать, особенно в воскресенье и осо-о-о-бенно после отпуска. Привычные 10 километров дались с огромным трудом и домой я просто ползла по ступеням, а на третьем этаже пересела на лифт. Надеюсь камерами дядя Сережа еще наш подъезд не обвешал, иначе придется выслушать лекцию по легкомысленному поведению после тренировок.

Кухня обняла меня ароматом овсяной каши с черникой и мятным послевкусием заваренного чая. Мама старалась как никогда, желая показать, как она скучала. И ведь только вернувшись, я поняла, что мне их всех не хватало. В деревне о таком совсем не думалось, и от этого стало зябко. Поежившись, я отпустила мысль в свободное странствие, не желая анализировать странную отстранённость той жизни. Раньше ведь вообще такой реакции не было.

 - Юра звонил, я сказала, что ты на тренировке, -  мама проронила это между делом, а меня словно пронзило. Юрка! Почему же я о нем забыла, ведь хотела сообщить о своем приезде. По телу пробежал уже привычный холодок и сознание немного прояснилось.

 Я машинально протянула руку к медальону и поняла, что его на шее нет. Потеряла. Подарок друга, который он хранил как зеница око и великодушно подарил мне! Как же так? Я старалась воскресить в памяти, когда последний раз ощущала на себе ключик, и не могла. Будто стерлось любое о нем воспоминание, кроме того, как повесила его на себя и ощутила огонь в теле.

Та-а-а-к, огонь. Я старалась поймать за хвост ускользающую мыль. У меня была температура, и мужчина снимал цепочку. Врач? Фух, наверняка, медальон у бабушки в комоде, и она просто забыла его отдать, а я и не спросила. Провалы в памяти не на шутку встревожили – то про ключик забываю, то про Юрку.

 - Ма-а-а-ам, – я позвала, протяжно перекатывая привычное слово. – А могут после гриппа с температурой с памятью проблемы быть? – говорила легко, стараясь не акцентировать внимание родительницы.

 - Лера, а кто болел? – мама несмотря на мой безмятежный тон сразу напряглась и как гончая взяла след. – Уж не ты ли?

 - Ну хватит, хватит, – привычно приобняв маму за плечи, я постаралась успокоить. – Поболела чуточку, ничего страшного, у бабушки не разлежаться.

  -  А почему мы с папой не в курсе? Дочь там гриппом мучается, а мы дома ни сном ни духом, – мама ругалась просто так, прекрасно зная, как бабушка может быстро поставить на ноги, у нее к этим травкам прямо дар был. Сбор сделает и сразу облегчение, не болит уже ничего. – После гриппа все что угодно может быть! Давай мы с тобой в частную клинику сходим, анализы сдадим.

- Да нет, ничего страшного, просто после болезни как-то клочками некоторые вещи помню. Наверное, из-за температуры. Теперь все нормально.

Но мама уже завелась и убежала в аптеку за витаминами для памяти. Что было и к лучшему, хоть поговорить с другом можно в тишине.

 - Привет, – я с облегчением слушала знакомый грудной, немного хрипловатый голос. – Как добралась?

 - Хорошо…Юр, давай встретимся и поговорим, – я выпалила и сразу замолчала. Быть смелой не так-то просто, особенно когда не виделись почти 2 недели.

 - Лер, я не смогу! У меня начинаются тренировки по боксу, да и вообще учеба с завтрашнего дня…Я в колледж перевелся, – Юрка это все будто выдохнул, с тягучим отчаянным сожалением.

Я не могла говорить, просто повесила трубку. Жгучие слезы обиды текли по щекам и капали на ткань спортивной футболки. Значит все. Конец нашей многолетней и чистой дружбы. Я не хотела понимать почему он перечеркнул наше общение. Не спросив, принял единоличное, только ему понятное решение.

Перевелся! Чтобы не пересекаться в школе, ведь мы учились в параллели. Тренировки какие-то по боксу, а раньше он ничем кроме пробежек со мной и походов в тренажерку не занимался.

В сердце больно кольнуло, и подумалось, что раз он не может поговорить, это сделаю я. Схватив сумку, побежала на выход.

Глава 4. Юра

Юра

Юра метался по квартире, всеми фибрами души чувствуя, кто стоит за дверью. Но открыть себя заставить не мог. А она все не уходила.

- Я знаю, что ты дома. Юрка, ну открой пожалуйста, – Лера сначала просто стучала, потом звонила на сотовый, теперь просит. Он уже рванулся к двери, но вовремя заставил себя остановиться. Так и стоял, упершись лбом в стену, пока девушка не ушла.

Плачет. Юра знал это, как будто сам видел. Он бы тоже поплакал, но лишь яростно пнул косяк. Ключ на шее прожигал кожу, которая мгновенно затягивалась. А глаза заволакивала темная дымка. Парень сжал кулаки, возвращая себя обратно.

Так лучше для них обоих. Он уже не мог не прикасаться к Лере. Все лето изводил их бесконечными походами, заплывами и забегами, стараясь измотать себя физически, чтобы других желаний не осталось. Но сводил с ума ее запах, ощущение близости и бесшабашная открытая улыбка. Ночью просто смотрел на нее, даже глаз не смыкая, мучал себя, а не приходить не получалось. Тянуло как магнитом.