– Я не знаю, почему вы не верите в предсказания. Как-то Дамиан обмолвился о том, что в Леварии король запретил несколько лет назад гадалкам появляться под страхом смертной казни, – Лиля поймала удивленный и заинтересованный взгляд подруги. – Но осенью я была в салоне у гадалки, и она предсказала мне, что случится в скором времени. Поэтому я верю в возможность предсказывать будущее.
– Я не говорю, что никто в Леварии не верит в предсказания будущего. Но любое предсказание – это всего лишь одна из вероятностей, которые могут наступить. К тому же, некоторые, узнав о вероятном будущем, могут думать и верить лишь в наступление именно этих событий. Это и произошло с нашим нынешним королем. Десять лет назад ему предсказали предательство близкого человека. После этого в Леварии и особенно в дворце постоянно чинились расследования, на которых Ренуар практически зациклился, пытаясь понять, кто же станет предателем. Эти были тяжелые годы для нашей страны. В итоге, чуть не помешавшись на предательствах, король издал этот запрещающий указ. Но, тем не менее, тайная служба у него до сих пор работает и днем, и ночью, находя и обезвреживая как настоящих, так и мнимых предателей, – Кассандра вздохнула. – Дамиан еще и поэтому пошел в тайную службу, чтобы не страдали те, кто не заслуживает этого. А только истинные предатели короны.
– Хорошо, – Леля решила вмешаться в разговор. – Но я не понимаю, зачем вообще богу вселяться в кого-то? Опустим пока вопросы, касающиеся предполагаемых носителей. К тому же, сейчас Темный Бог (если, конечно, это был он), нашел уже себе подходящего носителя – Балахона.
– Не знаю, но слышали ли вы что-то о богах кроме легенд? – спросила Кассандра и, видя недоумение на лицах подруг, продолжила. – В некоторых, не особо разрешенных книгах (и не спрашивайте, где я их брала для чтения), есть некие данные о том, что раз в несколько сотен или тысяч лет боги решают появиться в мире людей. Зачем им это надо – я не знаю. Но в своем обличии они почему-то не могут долго находиться в любом из мира людей, поэтому они находят себе подходящего носителя. Этот человек, или так называемая марионетка, как правило, всегда является очень сильным магом или магиней. Потому что маги с более слабым даром не могут выдержать божественную сущность очень долго. Даже для сильных это не проходит бесследно. В тех же источниках указано, что после этого марионетка или умирает, или лишается разума.
– Зачем им вообще это надо? – ошарашенно спросила Леля, смотря на притихшую подругу. – Разве не проще поговорить с людьми, если тебе это нужно, просто придя во сне, как с Лилей. Или как со мной, например.
– Не думаю, что боги используют марионеток, чтобы поговорить с другими людьми, – хмыкнула Кассандра.
– А для чего они тогда их используют?
– Для того чтобы изменить что-то в мире, который тебе не подвластен, – тихо проговорила Лиля, смотря на удивленных ее замечанием собеседниц. – Напрямую боги не имеют права вмешиваться в дела людей. Но не в этом случае. Используя марионетку, они могут творить все что хотят. Особенно если этот человек очень влиятелен и силен.
– Ты клонишь все же к тому, что именно Дамиан – цель Темного бога? – скептически заломив бровь, спросила Леля, смотря на подругу. – Но ведь тогда в темнице ОН сказал, что ему нужна именно ты!
– Вот именно! – Кассандра заметалась между девушками, пытаясь одновременно смотреть на обеих.
– Да, – Леля смотрела на не желающую признавать факты подругу. – Он сказал, что давно ждал встречи с тобой, и что мы встретимся еще с ним в Риа.
– Так-так-так, и вот таким образом версия Дамиана оказывается более правдоподобной, – протянула дух книги, смотря на все еще упирающуюся Лилю. – Значит я права, и действительно все эти видения были специально тебе показаны, чтобы увести нас в другую сторону.
– Все равно я думаю, что вы неправы, – непримиримо глядя на подруг, выдала Лиля, сложив руки на груди. – Я просто уверена в том, что видела. И одно, напоминаю вам, видение уже сбылось.
– Хорошо, Лиля, предлагаю компромисс, – предложила Леля, смотря на подругу. – Как я уже тебе и говорила, предлагаю дождаться того момента, когда воплотится второе видение. Только в этом случае мы будем считать, что твои видения, возможно, действительно верны, и нужно думать, как спасать нашего господина ректора.
– Согласна, – подтвердила высказанное Лелей Кассандра, кивая. – Мы не говорим, Лиля, что отбросим твой вариант, но все-таки в приоритете будет версия Дамиана. Тем более тебе переубедить его не удастся. Ты ведь не собираешься рассказывать ему о своих видениях? Вот именно.
– Хорошо. Вы можете верить во что угодно, но я все равно буду верить в то, что видела, – Лиля обиженно поджала губы.
– Не думай, что мы не верим тебе, – Леля обняла насупившуюся подругу. – Но мы будем рассматривать обе версии: что целью для использования являешься или ты, или Дамиан. Пойми, ты мне слишком дорога, чтобы не принимать во внимание версию относительно тебя. Тем более я помню, что слышала там, в темнице.
– Хорошо. Я понимаю.
