- Ты прав, Бобби, - ответил Сэм, понимая, что отпираться бесполезно. – Она ведьма, причем в седьмом поколении, но не могли же мы бросить ее после того, как она спасла нам жизнь при помощи своих амулетов. Знаешь, она ведь сделала тот кинжал, которым можно убить Азазеля.
- О том, можно его убить или нет при помощи этой зубочистки, ты сможешь судить, когда он будет мертв.
- Тише, Бобби. Поговорим об этом позже. Она может услышать, - прошептал Сэм.
За обедом Эмбер все время ощущала на себе пристальный взгляд Бобби, и кусок не лез ей в горло. Будучи не в силах выносить столь пристальное внимание с его стороны, она вскоре извинилась и вышла в ванную. Забавно, кажется, нет ничего страшнее, когда сама себя ненавидишь. Но выяснилось, что всё это мелочи в сравнении с тем, когда ненавидят тебя. Причем не за что-то плохое, а просто за то, что ты – это ты: не человек, а какая-то сверхъестественная тварь.
Она настолько прониклась жалостью к себе, что расплакалась, а когда подняла глаза к зеркалу над раковиной, чтобы умыться, вновь увидела за спиной в отражении Джейсона. Кажется, на этот раз у него в руках не было ножа.
- Дж-жейсон? – дрожащим голосом спросила она, боясь оглянуться.
- Не плачь, Эмбер, мы скоро будем вместе, - вдруг над самым ухом раздался его голос.
Не ожидавшая этого Эмбер взвизгнула и опрометью выбежала из ванной.
- Все в порядке? – посмотрел на нее Дин.
- Да, таракана увидела, - ответила она, усаживаясь за стол, и проглотила оставшийся кусок мяса, даже не прожевав его.
- Ну-ну, ведьма, которая боится тараканов, - пробурчал Бобби себе под нос.
- Знаешь, Сэм, похоже, тащить меня сюда было не самой лучшей идеей, - сказала Эмбер после ужина, когда они вдвоем вышли вечером на улицу.
- Ты из-за Бобби? Брось, он прекрасный человек и настоящий друг. И как только он поймет, что тебе можно доверять, он примет тебя в свой круг, - попытался успокоить ее Сэм.
- Во-первых, он ваш друг, я ему никто. А во-вторых, с чего ты взял, что мне можно доверять? – спросила она. – Из-за меня человек погиб. Он мертв, а я жива.
- Ты такая не первая. Из-за нас с Дином тоже многие пострадали, а некоторые даже погибли, но это не значит, что…
- Это для тебя не значит, а для родственников тех, кто погиб, очень даже значит.
- Эмбер, я понимаю чувство вины, которое тебя терзает из-за Джейсона, так всегда бывает в первый раз. Когда погибла Джессика, я тоже не мог найти себе места. Я до сих пор иногда вижу ее…
- Правда?! – воскликнула она. – Где видишь? В отражениях? На улице? Во сне?
- Что? Нет, в каких отражениях? – удивился Сэм и слегка отпрянул от нее, видимо, напуганный таким напором. – Обычно во сне, а как-то это была галлюцинация на улице. Она словно стояла на перекрестке, а потом исчезла.
- И это всё? – разочарованно протянула она.
- Да. К сожалению, всё.
Они недолго помолчали и, наконец, Эмбер решилась задать вопрос, который так волновал ее последние сутки.
- Послушай, - начала она. – А если бы тебе представился шанс изменить всё, ну, или искупить свою вину ценой собственной жизни, ты бы пошел на это?
- Спрашиваешь! Если бы можно было вернуть ее, я бы с радостью прошел через весь этот кошмар сам… Ну, может, конечно, и не с радостью, - поправился он, увидев ее недоверчивый взгляд. - Но мне было бы легче погибнуть самому, чем переживать смерть любимого человека.
- А если бы это ее не вернуло? И если бы ты любил не ее, а совсем другую девушку, а к ней просто хорошо относился, но испытывал ужасное чувство вины и в то же время не хотел расставаться с тем человеком, которого любишь? – продолжала спрашивать Эмбер.
- Не понимаю, мы сейчас говорим о ком-то конкретном? – совершенно запутался Сэм.
- Нет, ни о ком, неважно, забудь, - отмахнулась она и пошла было прочь, но Сэм поймал ее за запястье.
- Послушай, ты не должна винить себя за смерть Джейсона, слышишь? Возможно, это было предрешено.
- Угу, это стало предрешено, когда он познакомился со мной, - мрачно проговорила Эмбер и зашагала в сторону дороги.
То, что Джейсон приходил за ней, чтобы убить, не вызывало сомнений. Нож и слова о том, что они будут вместе, не оставляли иных вариантов для исхода событий. Ей оставалось лишь одно: решить, стоит ли бороться, или доставить ему последнюю радость и позволить себя убить. Любовь к Дину была слабым стимулом и утешением – ему-то было на нее глубоко наплевать. На самом деле ее смерть никого бы не расстроила, ее вообще вряд ли кто-нибудь заметит. Если она сейчас сядет в машину и уедет, ее даже искать не станут. У парней уже есть машина, так что всю пользу, какую могла, она им принесла.
А зачем ей тогда жить? Чтобы еще немного полюбоваться Дином? Или сварить пару литров волшебного зелья, которое кроме нее, никто не желает пить? Глупо обманываться, это не причины. А где-то там, по крайней мере, ее ждут мама и бабушка. И Джейсон с ножом…
«Пора!», - решила она, заводя мотор, но когда подъезжала к воротам, путь ей преградил Бобби.
- Ничего не забыла? – спросил он, когда она удивленно посмотрела из окна.
