— А как же вы узнаете, когда наступает время собираться вместе? — спросил Камаль.
— Это случается, как только мы находим ее первую жертву, — резковато ответил Рохет.
— Похоже, что нам здорово повезло, и она не встретилась с нами раньше в своем лесу, — заметил Камаль. — Стоит только подумать о том, сколько ночей мы все проспали под деревьями.
— По большей части она ищет свои жертвы в деревнях и в лесах, которые их окружают. — Рохет целиком завладел вниманием Линана. — Однако теперь что-то изменилось. Если она почуяла присутствие твоего сознания, она станет преследовать именно тебя.
— Но ведь здесь я в безопасности?
— Уже нет. Ты ее уже растревожил. Она будет возвращаться в нашу деревушку до тех пор, пока не завладеет тобой, парень, или если на ее пути встанет еще какое-нибудь препятствие.
— Мы можем сторожить по очереди, — предложил Камаль, однако в его голосе не слышалось решимости. — Мы устроим для нее засаду…
— Ты думаешь, что до сих пор мы не пытались этого сделать? — живо отозвался Рохет. — Все наши засады не дали ничего. Сторожа проваливались в сон на тех местах, где они стояли, или сами становились ее жертвами. Она привычна к людским дорогам, она знает наши повадки не хуже, чем мы знаем повадки зверей, на которых охотимся, или рыбы, на которую ставим сети.
— То есть ты хочешь сказать, что пока мы здесь, мы подвергаем все ваши жизни опасности? — спросил Эйджер.
Рохет с удрученным видом кивнул головой.
— Именно это и хотел сказать Тион. Он ушел уверенным в том, что я попрошу вас покинуть наш дом ради безопасности всей деревни.
— Ты нас прогонишь? — ошеломленно спросила Дженроза.
— Нет, так поступить я не смею. Ведь вы мои гости. Если только вы пожелаете остаться у нас, то я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить вас. — При этих словах на лицо Рохета легла тень.
— Нет, мы уйдем сами, — заявил Линан, про себя удивившись собственной решимости. Эйджер и Камаль взглянули на него с удивлением, а Дженроза выглядела ошеломленной и пораженной ужасом. — Из всего того, что ты сказал, Рохет, следует, что здесь оставаться нам ничуть не безопаснее, чем в лесу, но, оставаясь здесь, мы будем подвергать опасности обе ваши семьи.
Он обернулся к своим спутникам.
— Решение принца. Разве это не то же самое, чего вы добивались от меня все эти дни?
Лесные жители с изумлением смотрели на своих гостей.
Эйджер безропотно кивнул:
— Самое время тебе, малыш, проявить свою способность к главенству.
— Но вы втроем можете оставаться здесь, сколько угодно, — торопливо проговорил Рохет. — Всем вам уходить вовсе необязательно.
— Уйти должен лишь тот, кого почуяла Силона? — спросил Линан.
— Да. Для остальных будет безопаснее остаться здесь, если ты уйдешь из деревни. Силона станет преследовать только тебя.
— Нет, мы все уйдем вместе, — решительно проговорил Камаль, и Эйджер одобрительно кивнул. Одна лишь Дженроза никак не выразила своих мыслей.
В те самые минуты, когда четверо наших беглецов прощались с жителями гостеприимной деревушки, первые утренние солнечные лучи уже пробивались сквозь пышные кроны лесных деревьев.
— Поддерживайте огонь ваших костров высоким и ярким, — советовал на прощание своим гостям Рохет. — Легенды утверждают, что она будто бы плохо переносит яркий свет. Кроме этого, у меня, пожалуй, больше и не найдется для вас напутствия. Все остальные советы едва ли смогут вам пригодиться.
Он протянул Линану свой плащ, темно-зеленого цвета, сливавшийся с цветом лесных деревьев, отделанный замечательными шнурами.
— Неужели на этом плаще лежит какое-то магическое заклятие? — спросил Линан, заранее широко раскрыв глаза от изумления.
В ответ Рохет рассмеялся.
— Вовсе нет, но он тебе пригодится, он согреет тебя, если я оставлю твою одежду себе.
— Мой плащ? Я ничего не понимаю.
— Дело в том, что если мы оставим у себя что-нибудь из твоей одежды, то Силона сможет подумать, что ты все еще здесь, и это задержит ее хотя бы на одну или даже две ночи.
После этого объяснения Линан с благодарностью обменялся плащами с хозяином и пожал протянутую руку Рохета. Тут же Белара вынесла путникам свежий хлеб и куски сушеного кроличьего мяса. Все эти припасы друзья быстро рассовали по карманам.
— Желаю удачи, Линан, — угрюмо произнес обитатель лесной деревушки.
Линан слабо улыбнулся в ответ, испытывая неясную тревогу при мысли о том, что еще могло ожидать в пути его и его спутников.
Беглецы вышли на главную дорогу, убегавшую из деревушки на север. Разговаривали они крайне мало, а по мере того, как разгорался день, росло и общее напряжение. Около полудня они остановились, чтобы быстро перекусить, а потом продолжали путь до тех пор, пока не добрались до перекрестка. В этом месте главную дорогу пересекала более узкая и заросшая дорога, шедшая на северо-восток. Эйджер предложил дальше двигаться именно этой дорогой, которой, судя по всему, пользовались мало. Главным его аргументом при этом было, что, если Силона продолжала бы охотиться за Ливаном, то в первую очередь она стала бы искать его на главной дороге.
