– Вот мужики сволочи! Переживаешь?
– Держусь.
– А как тебе новость?
– Какая? – насторожилась я.
– Я думала, ты видела сегодня в новостной ленте. Волкова покончила жизнь самоубийством.
– Что? – Мне потребовалось срочно сесть в кресло.
– Ее обнаружила домработница. После похорон мужа Вероника отправила ее в краткосрочный отпуск. Вчера домработница пришла часов в двенадцать. Волкова спать предпочитала подольше и не любила, чтобы ей мешали. Короче, тетка вошла в спальню не сразу, а когда вошла, поначалу решила, что хозяйка спит. Но смутил запах. Кондиционер не работал, и было довольно жарко. Вероника лежала там больше суток, то есть покончила с собой еще в среду.
– Это точно самоубийство? – с трудом произнесла я.
– Компьютер был включен, она оставила запись: «Мамочка, прости меня». Способ покончить с жизнью выбрала довольно экзотический: инъекция какой-то кислоты, название мудреное, я его не запомнила, но у меня записано…
– Господи, ее что, в аптеках продают?
– Вроде бы получить ее несложно в домашних условиях, в Интернете есть описание.
– В Интернете все есть.
– Вот именно. Вовка сказал – главное, рассчитать дозу, тогда эта хрень становится смертельным ядом. Ты дальше слушай, это еще не все. Сегодня рано утром кто-то позвонил в полицию и сообщил о трупе мужчины. Обнаружен неподалеку от Берестова в заброшенной деревне. Похоже, это тот самый тип, которого видели в Покровском, предположительно любовник Вероники. А самое занятное, нашли его рядом с домом, принадлежавшим ее тетке. Соображаешь, что вырисовывается? В полиции уже не сомневаются: мужа она грохнула. А потом и любовника, чтобы концы в воду.
– Чего ж тогда себе отраву вколола? Или все-таки не сама?
– Разберутся… Но прикинь, какой замес! Американский триллер да и только! Кстати, в тумбочке рядом с кроватью лежали всякие сексуальные игрушки: наручники и прочее, что дамочку тоже неплохо характеризует. Как считаешь?
– Сексуальные игрушки – не преступление.
– Ага. Рабочая версия примерно такая: Волкова с любовником задумали избавиться от мужа, а чтобы отвести от нее подозрение, инсценировали похищение с целью выкупа. Два придурка, что явились за ее баблом, к похищению непричастны. Из гостиницы она спокойно свалила сама, зато их идиотский поступок здорово ей помог. Мужа грохнул любовник, и в карман пиджака письмо сунул с требованиями выкупа, чтобы следствие запутать. Но вскоре, как водится, пошли разборка и дележ бабосов, и любовника она пристрелила. Вскрытия пока не было, но, скорее всего, убит он из того же оружия, что и Волков. А потом дамочка запаниковала…
– С какой стати? Если труп любовника в среду еще даже не нашли?
– Ну, не знаю… Разберутся.
Мы простились, и я нервно забегала по комнате. Женщины обычно травят себя снотворным. И достать куда проще, и использовать легче. Наглоталась таблеток и уснула. А тут инъекция. К тому же не факт, что смертельная.
С двух-трех таблеток снотворного не умирают, а растворить большее количество, к примеру, в вине, кофе и прочих напитках, не получится. Заставить человека проглотить целую горсть, конечно, можно, но если жертва начнет сопротивляться, следы борьбы наверняка обнаружат. Сексуальные игрушки в тумбочке… Очень удобно. Сковал девицу наручниками и вколол ей отраву. Дождался, когда она умрет, за собой прибрал… Если вскрытие покажет, что Аркадия застрелили из того же оружия, что и Волкова, круг благополучно замкнется. Хотя после оглашения завещания стрелки, скорее всего, на меня переведут. Но кого это волнует?
Я схватила ключи от машины и отправилась к Ремизову. Здравый смысл подсказывал: он наверняка уже покинул город. В глубине души на это я и рассчитывала. Мысль встретиться с ним откровенно пугала.
Я подошла к калитке, и она легко открылась. Входная дверь не заперта. На мгновение задержавшись на пороге, я осторожно вошла. Люк не бросился навстречу, в доме тишина. И теперь совсем другая мысль парализовала страхом. Но тут я услышала голос Кирилла:
– Проходи, я здесь.
Он сидел в кресле, залитый солнечным светом из эркерного окна. Босой, в джинсах, с бокалом в руке. У ног его стояла бутылка виски, но не похоже, что он пьян.
– Привет, – сказал Кирилл, усмехнувшись. – Хочешь выпить?
– Обойдусь, – ответила я и села в кресло напротив.
– Какой приятный сюрприз… Или я поторопился? – он вновь усмехнулся. – У тебя на редкость сердитое выражение лица. Вряд ли ты пришла заключить меня в объятия. Тогда зачем?
– Вероника умерла.
– Да, я видел в новостях, – равнодушно отозвался он.
– А где Люк? – спросила я, оглядываясь, – собака до сих пор так и не появилась.
– Люк? Сбежал, подлец. Как видишь, я в полном одиночестве, – развел он руками.
– Давно сбежал?
– Уже дня три. Хозяева будут расстроены. Я тоже расстроен, успел к нему привыкнуть. Впрочем, у меня есть куда более веский повод печалиться, – засмеялся он. – Правда, тот факт, что ты здесь, вселяет определенные надежды. Или я ошибаюсь?
– Ошибаешься, – кивнула я. – Хотелось бы расставить все точки в этой истории.
– Ах вот как… – он вроде бы задумался. – Надеешься услышать мою версию?
– Конечно.
