На все еще не совсем уверенных ногах Таллис доковылял до полупустой бутылки и без зазрения совести прикончил содержимое. Полегчало мгновенно. Ох и непростой коньяк у директора… Это ж как Темплтона разобрало, что на него сразу не подействовало? Бедняга…
Придерживаясь за перила, Таллис спустился вниз. Эйвен не брал трубку – не слишком обнадеживающий признак. На следующем шаге детектив с удивлением понял, что не знает, кого имеет в виду. И что вообще тут делает.
***
Данин основательный подход к изучению материалов в очередной раз выводил из себя членов клуба. Обнаружить что-либо ценное в запрошенных ею копиях архивных документов было просто-таки каторжным трудом, не имея представления, что именно ищешь. И лишь на третьем десятке распечаток им начали попадаться знакомые имена.
– Этот Николас Броуди просто святой, наверное, – пыхтела Бетти. – Заверить ей столько запросов… Кстати, почему не Мортон заверял?
– Потому что речь шла явно не о конкурсах по истории, – вздохнул Картер, пытаясь разобрать хоть что-то на фотокопии выцветшей страницы.
– А вот это-то ей зачем? – буквально возопил Мартин, обнаружив среди вороха материалов ксерокопии реестра преподавательского состава Мискатоникского университета за сороковые-семидесятые годы девятнадцатого века.
– Дай сюда, – Картер едва не подпрыгнул, в голове у него словно зажглась еще одна лампочка. – Черт, но должно же быть… Сколько их тут…
Он метался от страницы к странице, так как алфавитный порядок давно был нарушен, и все-таки нашел. Очертил фамилию ногтем. Бетти, Мартин и Билл посмотрели на него с сомнением, не будучи посвященными во все детали этой истории. Джастин покачал головой.
– Может быть, – только и сказал он. – Ты вот сюда посмотри, – он протянул Картеру очередную фотокопию, на сей раз списка членов какой-то Таламаски, где еще вполне можно было прочесть выведенное размашистым почерком имя. Очень знакомое имя. И несколько слов напротив.
Первый раз в жизни у Картера в буквальном смысле отвисла челюсть.
– Ну надо же, – наконец восхитился он. – Принцесса Озма и Тип отдыхают...
Шаг девятнадцатый
В голове шумело. Феб Броуди, двадцатисемилетний профессор Мискатоникского университета, глава братства «Мертвая голова», автор нескольких революционных работ по астрономии, душа любой компании, любящий брат и дядя, с трудом распрямился, удивленно оглядываясь. Кабинет Аллена, в который он вошел буквально пять минут назад вместе с младшим братом, исчез. Как впрочем, и само родовое поместье Броуди. Перед глазами все плыло, и Феб не сразу осознал, что темные пятна перед ним – остатки стен, над которыми возвышались деревья.
Он встал, превозмогая головокружение, ноги утонули в ковре из опавших листьев… где бы он ни был, место это явно не пользовалось популярностью, и увидел брата, лежащего в нескольких шагах от него.
– Эм! – он закашлялся, присел возле него и осторожно похлопал по щекам. – Мануэль!
Странный отголосок – как от пережитого недавно страха царапнул его внутри, что-то такое было… но что? Кроме проявлявшего возмутительное ханжество старшего брата, Феба давно уже ничего не пронимало. Мануэль медленно сел, машинально поправляя манжеты, такой же растерянный и изумленный, как и он.
– Где Аллен? И Джеймс? – само собой первым делом спросил он, оглядываясь. Ни старшего брата, ни племянника, как и вообще ничего знакомого поблизости не наблюдалось.
– Я бы скорее спросил, где мы с тобой, – Феб помог ему встать. – Черти б взяли Аллена, это точно его происки, маг он наш светлый.
Мануэль закусил губу. И решительно зашагал прочь из развалин.
У старой яблони он остановился, глядя вниз, на дорогу, петляющую вдоль холма. Феб замер тоже, несколько минут они следили за огоньками, несущимися внизу, потом переглянулись.
Впереди, у самого обрыва, на полусгнивших столбиках каким-то чудом держалась ржавая сетка, Феб пролез через дыру, порвав свой щеголеватый редингот, и остановился перед выцветшей надписью: «Частная собственность! Вход воспрещен!», ниже висела другая, поновее: «Продается».
Шум внизу стал отчетливее, но видно в сумерках было плохо.
– Феб, – странным голосом сказал Мануэль, и тот вздрогнул.
– Да?
– Думаю, тебе стоит на это взглянуть, – Феб протиснулся обратно и, обогнув развалины, подошел к брату. По другую сторону холма был город. Ну то есть, они предположили, что это город, ничто иное им в голову не пришло… Он светился в полумраке сотнями, нет, тысячами разноцветных огней, угадывались очертания зданий, но зданий слишком высоких для простых смертных… В довершение всего у них прямо над головами с низким рычанием пролетело нечто – мигали красные огоньки…
– Вопрос «где мы?» явно неактуален, – задумчиво сказал Феб.
– Боюсь, – тем же тоном отозвался Мануэль, – что я узнаю местность.
Брат кивнул, не отводя взгляда от сюрреалистической картины на фоне ночного неба.
– А вот вопрос «когда мы?» меня очень тревожит…
– Ты думаешь?.. – с недоверием начал Мануэль. Осекся. – Таламаска отрицает возможность путешествий во времени.
