— Давайте вместе подумаем. Вы, разумеется, понимаете, что если мы пойдём по барам космопорта, спрашивая у каждого, не видели ли Мака, то скорее найдём «перо» в бок, чем истину. Так, на всякий случай. И уж Мак узнает о нас намного раньше, чем мы увидим хотя бы выхлоп от его дюзы. Я бы сказал, Норму проще всех. К бравым ребятам, оказавшимся на мели, уволенным или разжалованным по дисциплинарным причинам, Фомору не привыкать. Бар космопорта — первое место, где они возникают. И глаз до них, не сомневайтесь, есть. Обычно мелкая провокация, проверка… после чего кто-то определяет, стоишь ли ты того, чтобы занять место в чьей-то охране, или оставить тебя на мостовой, без тех зубов, которые сочтут лишними. Но даже если ты выдержал проверку с честью и стал частью системы, никто и никогда полностью не избавит тебя от подозрений. Всегда в уме держится возможность того, что ты ведёшь двойные или тройные игры. Ты каждый день подтверждаешь свою верность, по рост твоего престижа выражается только в деньгах.
— Меня это не пугает, — сказал Норм. — Так бы я и действовал, если бы был один. Что нас здесь не устраивает?
— Время. По-хорошему, внедрение — план, рассчитанный на годы. А по-плохому тут не выйдет. Вместо возможностей, которые вы ищете, вы найдёте себе ярмо. Только сузите себе область действия. Это не видеодрама, поддержки спецслужб за нами нет.
— Я сам — спецслужба, — напряжённым голосом напомнил Норм.
— Да, но этого недостаточно. Задавать аборигенам «опросы буду я. Искать аборигенов, которым безопасно задавать вопросы, тоже буду я.
— В параллели быстрее.
— Возможно, так и придётся. Думаю, все согласятся, что пи Натали, — Кирилл слегка поклонился в сторону дамы, — ни, тем более, Игрейне одним выходить не стоит.
— Да я тут с ума сойду, гадая, всё ли возможное вы сделали, все ли варианты рассмотрели. Вы же только что сказали, что средний класс на Фоморе ничем не отличается от среднего класса на любой другой планете, Я могла бы, скажем, в парикмахерской или косметическом салоне…
— Средний класс, чей состав из года в год постоянен. Жёны работников порта, пилотов, техников — они все друг дружку знают. О вас, дорогая леди, уже через четверть часа будут говорить во всех бакалеях и булочных. То же и для Игрейны. Фомор — это одна большая наркодеревня, где кто не наш, тот чужой. Поскольку ваша, Норм, легенда не предусматривает спутницу, которую легко объяснить, ничего не объясняя, — а необъяснимое привлекает внимание втройне! — Натали отправится со мной, а Грайни останется на «Балерине». Так?
Норм привычно пожал плечами. Было видно, что он хоть и знает «смирно», но уже отвык повиноваться чужому уму.
— Только вот что… — придумал это Кирилл давно, но озвучивать, смотря Натали в глаза, оказалось несколько затруднительно. — Заведение, куда мы пойдём, из разряда нереспектабельных. Злачное, словом, местечко. Я вот к чему. С жёнами туда не ходят. Не говоря уже о том, что на Фоморе не принято говорить о делах в присутствии семьи. Таковы тут, если хотите, правила хорошего тона. Женщины способны на волшебство, если дело касается имиджа. Словом, Натали… не могли бы вы выглядеть… вульгарно?
Игрейна вскинула голову, глядя на Натали с весёлым изумлением.
— Ну… я попробую. Могу я, — женщина развернула веером каталог «Весёлые картинки», который всё ещё держала в руках, — воспользоваться доставкой?
И ведь базу подвёл — не подкопаешься. Глаза как у щенка — только не говори про тараканов в башке. Нет, всё-таки Император у нас всегда был немножко сукин сын.
Мне нужно это, это и, пожалуй, вот это. Крайне удобным свойством Фомора оказалось то, что здесь принимали любые кредитные карты. Карточка Эстергази вполне годилась, однако вместе они решили, что расплачиваться с именного счёта — значит оставить след. Кир как хозяин корабля и, в скобках, как автор идеи сам заплатил за реквизит.
Посылку доставили, когда «Балерина» только ещё висела над космопортом Иреле, ожидая разрешения занять пустующий блок, и Натали, нагрузившись охапкой пакетов с логотипами бутиков, оккупировала душ.
Давно прошли времена, когда молодая стюардесса, отваживаясь на покупку новых туфель, решала, что сумочка к ним, пожалуй, ещё и старая сойдёт, но только тогда они должны быть того же цвета, что и старые. Финансы, которыми она распоряжалась нынче, позволяли вести вполне достойное существование, но… она уже много лет носила удобные брюки со стильными жакетами, всегда новые, и обувь прогулочно-спортивного стиля. Образ жизни не требовал от неё ни женственности, ни элегантности, и, с её точки зрения, это был высший класс жизни.
