Песня закончилась под всеобщее ликование; несколько пар даже пустились в пляс. Вдруг с деревенской площади донёсся громкий звук колокола и большинство посетителей ринулось к выходу, не забыв при этом прихватить с собой полупустые и только початые бутыли. Самых забывчивых из них, не заплативших либо пытавшихся вынести наружу кружки, у двери встречала прислуга. Через четверть часа в зале осталось только с полдюжины человек, не особо торопившихся на гулянье, либо уже излишне подвыпивших. Сочтя этот момент достаточно удачным, Эдмунд с Томасом направились к тянувшейся через всё помещение длинной деревянной стойке, за которой стоял Пэдриг Гарвен, засунув большие пальцы рук за поясной ремень. Это был крупный человек с густыми бровями и взлохмаченной шевелюрой.
- Катерина уж сказала мне, - буркнул он в их сторону, - нету мест… извиняйте.
Последнее слово он выдавил из себя, быстрым и цепким взглядом оценив кожаные колеты подошедших и меч, болтавшийся на боку Томаса. Ни слова не говоря, Эдмунд высыпал на прилавок перед ним горсть мелких монет, среди которых попалась даже одна серебряная.
- Хм, - пробурчал хозяин. Он ещё раз взглянул на них и быстро, чуть склонив голову – на их спутниц, сидевших за столом, - пожалуй, для благородных господ найдётся. Но надобно будет ещё серебра добавить.
- Не многовато ли? И с чего вы взяли про то, что мы благородные?
Гарвен развёл руками.
- Я уж тридцать лет здесь гостиницу содержу да гостей привечаю. Могу золото от медяка отличить. Спутниц ваших хоть в рубище обряди, но лиц таких среди крестьянок не найдёшь. Да и вы при оружии. Но ежели тайну хотите сохранить, то я и так никому ничего не говорю и имён не спрашиваю, иначе б знатные люди у меня и не останавливались бы. В нынешние времена многие запросто путешествуют, в недорогой одежде, чтобы внимания к себе не привлекать. А насчёт монеты… Праздник нынче, добрые люди. У меня все комнаты битком забиты, да всё по парочкам, подвинуть никого не удастся. Но раз молодые люди не из простых, да при деньгах, могу знатные апартаменты предоставить. У меня таких три, и деревенщинам я их не сдаю. Кроватей дополнительных там нет, так что для вас три комнаты будет в самый раз. Для девушек ваших одна, и две для парней, или как вы там решите… Уж простите великодушно, но они у меня пустуют по большей части, а обстановка там дорогая.
- Понятно. - Эдмунд достал из кармана еще одну серебряную монету, покрупнее первой.
- Прекрасно, благородные господа, - расплылся в улыбке хозяин. - Рад видеть у себя в гостях таких щедрых молодых людей.
Он сгрёб монеты и, мельком глянув на подошедших Гуго, Алиенору и Бланку, продолжил:
- На праздник не желаете ли пойти? Тогда надобно маски будет купить, хотя нет, для вас бесплатно, у меня есть с десяток. Там все в масках будут, это обычай такой… Но обычно благородные люди на такие праздники не ходят, разве что поразвлечься есть охота.
- Почему не ходят? – спросил Гуго.
- Честно говоря, - отвечал Пэдриг, бросив взгляд на девушек, - этот Аонгусов день, а точнее, ночь – сплошные пьянка да разврат, и леди там не место. Для того и маски, похоже, чтоб поутру друг перед другом не стыдиться. Но мне-то грех жаловаться, для меня это дело очень прибыльное. Одного пива больше, чем за полгода продаю, да и комнаты все заняты. Что ж поделаешь: молодым людям надо как-то знакомиться да веселиться, так что на эти два дня к нам со всех окрестных селений народ съезжается. А уж сколько свадеб по осени играют! Да и вообще-то весело там: и танцы, и песни, и игры всякие, так что если всё же есть охота посмотреть, отговаривать не буду. Но девушек ваших всё же при себе держите, а то напоят, да уведут, так что и глазом моргнуть не успеете.
- Мы не пойдём, - в унисон заявили Алиенора с Бланкой.
- А я бы не прочь сходить, посмотреть, - хмыкнув, сказал Гуго.
- И я за компанию повеселюсь, - присоединился Томас. – Я выспался тем более. Полдня вас ждал…
Хозяин кивнул.
