В тот день я совершила тягчайшее преступление, за которое меня ожидало возмездие: я сбежала от тётки. Но, как это свойственно детям, я думала, что даже если наказание будет трижды неотвратимым, кара настигнет меня лишь вечером, а потому сейчас я могу в полной мере наслаждаться игрой с друзьями, ради чего и ускользнула из дома без ведома злой старухи. Сначала мы в очередной раз обсудили все слухи о разбойниках, когда-либо живших и творивших свои чёрные дела в нашей округе и за её пределами, потом перешли к более волнующей теме о кладах, запрятанных разбойниками в таком изобилии, что, казалось, достаточно было воткнуть в землю лопату, чтобы наткнуться на один из них. Кое-кто из мальчишек хвастался, что знает точное место одного из зарытых кладов, но в одиночку добыть его не может по двум причинам: во-первых, ему не под силу унести всё золото, что хранится в сундуке, а во-вторых, клад охраняется Хозяином, таинственным существом, способным принимать обличье человека. Важно, чтобы Хозяин не застал кладоискателя врасплох и не увёл его с собой. Что он делает со своими жертвами, никто не знает, но ходят слухи, что у одних он выпивает кровь, а других превращает в своих рабов. Мы все дружно считали, что, как живая собака лучше мёртвого льва, так и участь раба лучше участи того несчастного, кому суждено насытить своей кровью Хозяина, потому что у раба остаётся надежда бежать.
— До сих пор никому не удавалось сбежать от Хозяина, — возразил главный знаток страшных историй.
— Наверное, он околдовывает своих рабов, и они забывают своё прошлое, — предположила моя ближайшая подруга.
— Или он вынуждает их идти по ведьминым кругам, и они гибнут или никогда больше не пытаются бежать, — заявила другая.
— А может, он так к ним добр, что они сами не хотят с ним расстаться, — сказала дочь нашего булочника.
Её, по крайней её глупости, никто не стал бы даже слушать, но её более снисходительный брат сейчас же отреагировал:
— Впервые слышу про доброго вампира. Как Хозяин может резать одних и быть добрым к другим?
Эти слова почему-то больно задели сына мясника, и мой замечательный день чуть не ознаменовался дракой, но мне пришла в голову спасительная мысль.
— Если никто не убегал от Хозяина, то откуда же известны о нём такие подробности? — спросила я.
На этот вопрос никто не мог дать вразумительного ответа, и решено было, что кому-то в отдалённые времена всё-таки удалось ускользнуть от Хозяина, если не из самого Заколдованного замка, откуда вряд ли есть дорога назад, то по пути к нему. От этого предположения споры о страшном существе возобновились с новой силой и запугали нас окончательно.
— Как бы наши разговоры о кладах не привлекли Хозяина, — прошептал кто-то.
Но чем большие опасности сопровождали добычу клада, тем притягательнее он для нас был. Мы решили взглянуть на то место, где, по словам всезнающего мальчишки, было зарыто золото, чтобы продумать, как лучше выкопать клад и в какую ночь это лучше всего осуществить, потому что, как всем известно, клады можно добывать лишь глубокой ночью, иначе спрятанное разбойниками омытое кровью, а потому околдованное золото обратится в камни, гнилушки или песок.
— Но запомните, что по дороге вы не должны ни говорить о кладе, ни думать о нём, — внушал наш вожак. — Если человек произнесёт про себя даже одно только слово "клад", когда идёт на место этого клада, Хозяин насторожится и постарается забрать этого человека с собой. Поклянитесь молчать и не думать.
Мы торжественно поклялись и отправились на другой конец городка, возбуждённые и предстоящим приключением и опасностями, которыми мы подвергались.
Я твердила про себя таблицу умножения, но при подходе к бакалейной лавке отвлеклась и допустила обрывок мысли о кладе и вечном его спутнике, страшном Хозяине. Словно по волшебству, из-за угла вышел незнакомый человек и направился в нашу сторону. На нас он не обращал никакого внимания и ничем не отличался от жителей нашего городка, но почему-то мне сразу стало страшно, и я стала старательно думать о таблице умножения, но золото, как нарочно, сверкало перед моим внутренним взором. Высокий мужчина рассеянно скользнул взглядом по нашей группе и, как приворожённый, остановил его на моём лице. Мне стало жутко. Но, к счастью, мы быстро миновали его и свернули за тот угол, откуда появился незнакомец, а он нас не стал преследовать.
Неизвестный разбойник выбрал недурное место для захоронения своего золота, потому что никому и в голову бы не пришло искать его в пяти шагах от левого заднего угла часовни, если идти вдоль стены, и в трёх шагах от стены внутрь монастырского двора. Мы с уважением смотрели на еле заметный холмик, ничем не отличающийся от остальных.
— Наверное, здесь когда-то было кладбище, — высказал кто-то очень неприятное предположение.
— А клад зарыли в старую могилу, — добавил другой.