Катарина дома, и находится в интересном положении. Она безумно скучает по супругу, но скрывается, потому что спасла жизнь его злейшему врагу. Друзья пытаются выяснить больше о крылатом демоне, с которым предстоит сразиться. Бинар заключает мир со жрицами из Грика. Однако стратегия не уберегает его от мести. Могущественный демон вот-вот настигнет, время поджимает…
Прошло пару месяцев, и живот округлился. Тошнота и головокружения пропали, на их место пришёл зверский аппетит. Дом бесконечно образовывал вкусности, не сочетаемые между собой. Стол ломился, и щёки стали увесистее. Настроение менялось мгновенно: то плакала, то грустила, то смеялась без причины. Ленц уехал к матери, скрипя сердцем. Катарина не хотела, чтобы его выгнали из университета. Земной жизни должно было быть место. Крайд и Фира освоились. Чего спросите, она выжидала? После возвращения собиралась сразу броситься во все тяжкие, но Регина прислала весть, чтобы подождала. Девочки успели раскопать что-то важное. Что именно не сказали. Она раздражалась от надуманных поводов и тайн. Бинар пытался связаться посредством связи, и её как-то раз утягивало в пограничное состояние, глаза загорелись белым, но соединение прервала. Говорить с ним ещё боялась, хоть и безумно скучала. Каждый день без супруга причинял осязаемую боль. Волчонок ощущал печаль матери, и притихал в моменты особой скорби. Белый волк был силён, и даже в былые времена мог следить за происходящими явлениями и жизнями на других планетах. Не говоря о том, что Катарина была его излюбленным фильмом. Наложив защитное заклинание, отгородилась на время. Сейчас она была для него недосягаема во всех смыслах.
Ангус заезжал на прошлой неделе, но делиться информацией отказался, ссылаясь на то, что путешествие может подождать. В любом случае она была рада принять друга. Однако с каждым днём все острее ощущала необходимость встречи с крылатым Эйнаром. В темечке стучало, бросало в пот, сны стали тревожнее. Крайд и Фира снова были вместе. Он долго отходил от случившегося, переваривал информацию, находясь в своём панцире. И до сих пор колдунья ловила его отстранённый взгляд. Волк отчаянно винил себя, и не без причины. Ненависть застилала глаза, и он погубил белых волков, устроив на планете геноцид. Столько жизней загубил нерадивый правитель! Тем, кто толкал к власти, было выгодно, а он принимал видения за настоящее. Их наложили жрицы, чтобы скрыть правду. Считали, что волка нельзя растить, как сына Уны и крылатого демона с другой планеты. Перстень Эйнара по праву принадлежал Крайду, и он не снимал его с пальца. Чёрный камушек иногда светился золотым, как и глаза волка. Немного приведя мысли в порядок, он решил поговорить с Фирой по душам. Благодаря связи супругов выудил из её сознания интрижку с Ангусом, и разозлился. Но ровно до того момента, пока она не прижалась и обвила шею руками. Пронеслись искры, и трое суток они завывали где-то на горе. А Катарина грустила одна, но была рада за пару. Их любовь достойна уважения: крепкая, сильная, не преломляемая. Колдунья привыкла к гостям и не хотела никого отпускать. Да, и они были не против, проникнувшись к дому и хозяйке.
Вечер спустился в долину, солнышко скрылось, лишив единственного тепла. Морозы ударили, и снег валил с неба. В горах он выпадал раньше, чем в городе. Снежная сказка раскинулась у крыльца. Катарина сидела в свете фонаря, думая о любимом. Разлука стала поистине невыносима. Закатила глаза, ставшие вмиг белоснежными, и перенеслась. Благо теперь знала, как выглядит Канум, и сил огненного естества хватало для связи. Раньше она не могла себе позволить далёкого путешествия, витая в космических далях и тыкаясь, как слепой котёнок. Бинар сидел на троне: красивый, гордый, но до боли печальный. Встала за спиной, наблюдая с любовью, как он устало потирает белесые брови. Собранные в хвост волосы искрились в свете факелов и чудесного потолка. Впервые заметила, как тот сияет миллионом огней. «Электричества на планете нет. Значит, волки преобразовали энергию звезды и получили красоту», — рассуждала она. Супруг слишком устал, чтобы ощутить присутствие. В зал вошёл чёрный волк — Хорн, и низко поклонился. Бинар поднял голову.
— Повелитель, спешу доложить, что последствия разрушений полностью устранены, — пролепетал он.
— Отлично. Рад слышать, — отвечал он бесцветным тоном. — Хорн задержался, не торопясь уходить.
— Нет вестей? — спросил осторожно.
— Нет. Она меня с ума сводит. Таос может напасть в любую минуту, а жена играет в недотрогу. Совершенно лишила возможности наблюдать. Не могу больше ждать.
— Понимаю, дружище. Но пока нельзя покидать пост. Серая знать имеет влияние на народ, не вовлеченный в сражение. Наши тебя всегда поддержат, а вот их расположение нужно заслужить, — белый гневно сверкнул глазами. — Ну, или хотя бы не усложнять. — Бинар вздохнул соглашаясь.
Дверь в зал вновь отворилась. Ри грациозно ступала по каменному полу, выполненному из драгоценной породы.
