— По идее, должно быть чуть больше тридцати девяти, — откликнулся химеролог, — это если брать волчью часть. Но, видимо, змеиная скидывает немного, так что да, вполне себе норма. Садись, пациент, — Максим послушно сел и дал надеть себе на руку муфту тонометра. Нажав кнопку на приборе, Дима стал распечатывать плоскую палочку, — ну-ка, открываем рот… — прижав язык этой палочкой, аспирант с помощью фонарика осмотрел горло. — Тут все чисто. Давление чуть понижено, но это не беда. Ушами шевелим. Смотрим на палец. Так… Хорошо. Встаем, — я с восторгом наблюдала за непривычной покорностью обычно своенравного химера и была готова аплодировать доктору, — дышим… Не дышим… Молодец.
Когда длинные пальцы ощупывали ладный торс, я не могла оторвать взгляд. Он был худой, как палка, ребра везде торчали, а сейчас чертов мистер Олимпия, блин. Хотя нет, не такой раскачанный, но рельефный настолько, что слюнки текут. А когда по широким плечам побежали крупные мурашки от прикосновения стетоскопа к крепкой груди, у меня тоже мурашки побежали. По бедрам.
Сгибая и разгибая руку Максима, Дима вдруг переломил ее примерно посередине между локтем и запястьем. Я едва не вскочила, но химер никак не реагировал, так что возмущение пришлось отложить. Ломает тут моих питомцев… Пальцы с щелчком отогнулись на девяносто градусов не в ту сторону, куда им положено, запястье стало малоподвижным — получилось некое подобие волчьей лапы. Одно из проявлений животной части. Наверное, у него и на ногах такие суставы, брр…
— Прекрасно, — заключил химеролог, вернув конечность в нормальный вид, — а так как самочувствие? Жалоб нет? — Макс качнул ушастой головой. — Ну тогда свободен, отмучился, — поставив свою печать в конце записей, Дима отдал паспорт мне, потому что химера уже и след простыл, — давай ты не будешь говорить про деньги и просто нальешь мне чайку, — поднял ладони аспирант, стоило только мне открыть рот.
— Ладно, договорились, — усмехнувшись, я направилась в сторону кухни.
— Его в последний раз осматривали полтора года назад, лучше это делать раз в год, — предупредил доктор, усаживаясь за стол, — хотя тройные химеры обычно серьезными патологиями не страдают.
— Учту, — кивнула я, наливая в чайник воду и щелкая пальцами, чтобы высечь искру.
Пока я доставала кружки, он уже засвистел.
— Удобно быть магом огня, — ухмыльнулся Дима, насыпая в свою кружку сахар, — тебе, кстати, очень повезло, что он тройной. Двойные обычно смены хозяина не выносят.
Да уж, был бы он смесью волка и человека, наверное, не оттащила бы его от склепа. Двойные редко в умственном развитии превосходят десятилеток. А тройные даже при трансформации сохраняют сложную моральную структуру и от человека в этом плане, собственно говоря, не отличаются.
— Макс тоже мне не слишком рад, — хмыкнула я, неожиданно для себя расстроившись, — бурчит все, избегает меня.
— Ты не бери так близко к сердцу, — посоветовал Дмитрий, взмахнув печенькой, — ты для него просто новая. Он привыкнет к тебе со временем. Пойми, он потерял самого близкого, даже больше, чем отца.
— Да, я понимаю, — вздохнув, я еще раз размешала сахар в чае, — спасибо, что нашел время зайти.
— Да не за что, — откликнулся Дима, — у меня сегодня все равно рабочий день, а до обеда записей не было.
— Передавай привет Машке, — я улыбнулась, вспомнив эту очаровательную стеснительную девочку-далматинца.
— Обязательно, — рассмеялся парень.
Вечером я, чувствуя себя не слишком уютно в холодном кабинете, спустилась в гостиную, где, как обычно, пылал камин. Устроившись на диване, я вытянула ноги, примостив пятки на краешке столика. Принесенный с собой дневник пришлось отложить — напрягать глаза не хотелось, как и разрушать чрезвычайно уютную атмосферу еще одним источником света, помимо огня.
Завтра я высплюсь как следует, спокойно сделаю все задания, быть может, еще немного почитаю дневники или испеку пирожки с яблоками, как давно уже собираюсь. Мысли лениво переползали с одной темы на другую, стопы приятно согревались, глаза закрылись сами собой. Расслабившись, я даже не вздрогнула, когда на бедро опустилась тяжесть, только нехотя приоткрыла один глаз.
Макс сидел спиной к мне, устроив голову на моей ноге чуть выше колена. Улыбнувшись, я запустила пальцы в темные мягкие волосы. Он дернулся, но не отстранился, а лишь потерся скулой о мое бедро и затих.
Что ж, первый барьер пройден. Но как же я жалела об этом ночью, когда, стоило закрыть глаза, подлое воображение подсовывало фантазии о том, как его сильные руки нежно и властно гладят мои бедра.
========== Часть 3 ==========
Утреннее пробуждение было на редкость отвратительным. Болело все, что только могло болеть, нос не дышал, в горле першило. Но, что самое страшное, колотил озноб. Нарушение температурного баланса в теле мага огня — верный путь в могилу. Дедушка же от простуды и умер. Главная проблема в том, что понизить температуру таблетками невозможно — слишком быстрый метаболизм и внутренний огонь начинают в этой ситуации играть против, а не на моей стороне. Значит, надо вызывать врача.
