Роланд. Вы всегда играете. Вот что в вас так завораживает. И настолько привыкли играть, что даже не замечаете этого. Я тоже всегда играю. С вами изображал безумца, потому что мне нравится смотреть на ваше изумленное лицо. С другой стороны, я просто без ума от вашего лица, какое бы настроение ни отражалось на нем.
Гарри. А почему бы вам не сыграть человека, выметающегося отсюда к чертовой матери?
Роланд
Гарри. Послушайте, чего, все-таки, вы хотите?
Роланд. Быть с вами. Вот почему я еду в Африку.
Гарри. Вы что?
Роланд. Купил сегодня билет, правда, самый дешевый, четвертого класса, но все лучше, чем ничего. Я бросил занятия юриспруденцией и навсегда покинул Акфилд. Вот почему этим вечером я такой возбужденный. Но вам нет нужды бояться, что я в чем-то вам помешаю или буду предъявлять какие-то требования.
Гарри. То есть вы не рассчитываете, что я женюсь на вас?
Гарри. Кто-то пришел. Будьте хорошим мальчиком и уйдите, а? Вы обещали, что уйдете, доев галету.
Роланд
Гарри. От каких же?
Роланд. Вас окружают ловушки, каждый шаг грозит вам смертельной опасностью, но вы витаете в облаках и не можете видеть…
Гарри. Мне очень приятно, что вы проявляете обо мне такую заботу, Роланд, но, если вы действительно думаете о моем благополучии, то я попросил бы вас покинуть мой дом и вернуться в Акфилд.
Роланд. В Акфилд я не вернусь никогда. Да и последний поезд уже ушел.
Гарри. Хорошо, тогда идите в отель «Гросвенор».
Роланд. Я не позволю вам выгнать меня. Если выгоните, будете сожалеть об этом всю жизнь. Я в этом абсолютно уверен, и ничто не сможет поколебать…
Гарри. Немедленно выходите из комнаты! Мистер Моул… Роланд… Немедленно выходите… Господи, за что?
Джоанна. Привет, дорогой.
Гарри. Что все это значит, Джоанна?
Джоанна. Разве ты не знаешь?
Гарри. Знаю. Ты едешь со мной в Африку. Купила билет во второй половине дня. Ты не будешь предъявлять мне никаких требований, и хорошего матроса из тебя не получится.
Джоанна. Наоборот, качка нисколько меня не тревожит.
Джоанна. Что ты делаешь?
Гарри. Звоню Генри (в трубку). Алле… алле… Ой, я очень, очень, очень извиняюсь, ошибся номером.
Джоанна. Можешь не звонить, дома его нет.
Гарри
Джоанна. Дорогой, неужто под этой суровой маской, глубоко внутри, ты хоть немного не рад моему приезду?
Гарри. Я в полном восторге. Потому что твой приезд расставляет все точки над «i».
Джоанна. Я так и думала.
Гарри. Когда ты вернулась из Парижа?
Джоанна. Сегодня, во второй половине дня. Ты получил мою телеграмму, в которой я пожелала тебе счастливого пути.
Гарри. Да. Моника зачитала ее мне.
Джоанна. Я на это и рассчитывала.
Гарри. Я предполагал, что ты уехала в Париж на месяц.
Джоанна. Нет, дорогой, не предполагал, ты точно знал, что я там не останусь. Должна признать, первые несколько дней я пыталась тебя забыть. Ругала, как только могла, а потом вспомнила…
Гарри. И что же ты вспомнила?
Джоанна. Вспомнила слова, которые ты сказал мне той ночью: «Неважно, что произойдет после, неважно, как сложится жизнь, это чудесные мгновения, прекраснее которых у меня ничего не было и не будет».
Гарри. Второе действие пьесы «Люби меня нежно».
Джоанна
Гарри. В таком случае, почему ты поверила?