Жадно хватая ртом воздух, она открыла глаза. Едва очнувшись, она услышала шум аплодисментов. Где я? Что происходит? Эми попробовала встать, однако ремни, стянувшие её руки и ноги, удержали её на месте. Попыталась раскачать стул, но не смогла даже пошевелиться.
Жадно хватая ртом воздух, она открыла глаза. Едва очнувшись, она услышала шум аплодисментов.
Эми попробовала встать, однако ремни, стянувшие её руки и ноги, удержали её на месте. Попыталась раскачать стул, но не смогла даже пошевелиться.
Слева от неё находился заполненный зрительный зал, в котором сидели люди в странных масках. Когда она пробовала освободиться, зрители начали аплодировать. Белые, ничего не выражающие маски делали их похожими на привидения. Вернувшееся сознание сообщило, что на ней нет одежды. Она ощущала взгляды на своей обнажённой коже, и ей хотелось кричать. Как только она задёргалась на стуле, аудитория оживилась.
Сверху раздался громкий щелчок, за которым последовал ослепляющий свет. Два прожектора озарили сцену. Едва зажёгся свет, Эми бросила взгляд на другого человека, сидевшего рядом с ней.
— Эндрю? — произнесла она, уставившись на своего жениха. Голый, тот тоже был привязан к стулу. Он встретился взглядом со своей любимой, сидевшей возле него обнажённой и стянутой ремнями.
— Э-эми? — проговорил он брезгливо. — Какого хера здесь происходит?
— Не знаю. Я сама только что тут очнулась.
Он стал бороться со своими путами, каждый мускул его тела напрягся, как только он начал дёргаться и крутиться на месте.
Зрители притихли, наблюдая за показываемой им парочкой.
Скрип ржавых колёс смешался со звуком шаркающих шагов. К ним шёл маленький человечек, лицо которого было скрыто маской, напоминавшей маску палача. За собой он тянул тележку, на которой были свалены в кучу металлические инструменты. Остановившись перед парочкой, он уронил на пол ручку тележки. Пока он не подошёл ближе и пропорции его тела не стали очевидны, Эми даже пришло в голову, что это мог быть ребёнок. Он встал перед ними, бросая короткие взгляды то на одного, то на другого.
— Начнём, — зычно прокатившись по залу, произнёс голос сверху. Зрители ответили громкими аплодисментами.
Эми смотрела на Эндрю, глаза которого бегали, обшаривая всё вокруг. Он продолжал попытки вырваться, вены вздувались у него на шее. Горячие слёзы бежали по её щекам, когда она видела, как её единственная и настоящая любовь бьётся в отчаянии.
— Милый, всё будет хорошо.
— Надо съёбывать отсюда! — крикнул тот, брызжа слюной.
— Эми, — раздался голос сверху. — Ты любишь Эндрю?
Она посмотрела вокруг, пытаясь определить источник звука. Зрители тихо сидели, ожидая ответа. Маленький палач стоял спокойно, словно статуя.
— Всем сердцем.
Со стороны зрительного зала донёсся лёгкий шум, когда сидевшие там люди начали перешёптываться.
— А ты, Эндрю? — спросил голос. — Ты любишь Эми?
— Иди на хуй!
Карлик опустился на колени возле тележки и вытащил скальпель, в свете прожекторов сверкнул металл. Он сделал шаг по направлению к Эми и без колебаний воткнул холодное лезвие в её плоть. Она закричала, когда сталь с усилием пошла вниз, разрезая плечо. Кровь хлынула из раны, оставляя на её руке извилистые красные дорожки.
— Прекрати! — завопил Эндрю. — Пожалуйста! Я всё сделаю, только не делай ей больно.
— Эндрю, ты любишь Эми?
— Я люблю её больше, чем когда-либо кого-нибудь любил.
Слёзы и сопли стекали по его лицу.
Эми ощутила сильный прилив любви к Эндрю, увидев, как тот сидит на стуле и плачет. Ни к кому и никогда она не испытывала ничего подобного. Ей так хотелось его поцеловать, прижать к своей груди и признаться, как сильно она его любит.
— Хорошо, Эндрю. Я знал, что твоё отношение изменится, — произнёс тот же голос. — Мы доставили и поместили вас сюда, чтобы проверить вашу любовь, чтобы посмотреть, знаете ли вы друг друга по-настоящему.
В предвкушении предстоящего развлечения зрители снова разразились аплодисментами. Эми видела, как они перешёптываются друг с другом. Плечо саднило и кровоточило.
— Эндрю, какое у Эми второе имя?
Эми знала, что так легко он на контакт не пойдёт. Это было обусловлено его упрямством.
Отпусти нас, блядь, сейчас же! — заорал он. — Я убью тебя нахуй!
Карлик полез в тележку и проковылял в сторону Эми. Он захватил пассатижами её грудь, затем с силой сдавил ими тёмный сосок. Она закричала, глядя на грудь, затем снова посмотрела на Эндрю. Палач продолжал держать инструмент там же, ожидая, когда Эндрю будет готов к сотрудничеству.
— Ладно, будь ты проклят, — произнёс Эндрю. — Кэтрин. Её сраное второе имя — Кэтрин.
— Правильно, — сказал голос. — Теперь идея шоу вам понятна.
Публика захлопала.
Карлик положил пассатижи обратно на тележку и застыл до следующего вопроса.
В ожидании когда обратятся к ней, у Эми участился пульс. Эндрю никогда не говорил ей своё второе имя, всегда начиная нервничать, когда она его об этом спрашивала. И за это его проклятое упрямство предстояло сейчас расплачиваться.
— Эми, какое у Эндрю второе имя?
Она молча сидела, глядя на него. Она проклинала его за то, что он ей не доверял. Палач, оглянувшись на Эми, вытащил из своей тележки с инструментами молоток.
— Я… я не знаю.