Схема, о которой я подумал была проста как квотер и при этом очень эффективна. В девяностых и особенно в двухтысячных так работали десятки предприятий в России. Компанией на Кипре или в другом офшоре разрабатывался и регистрировался товарный знак, который потом совершенно легально продавался реальной компании где-нибудь в России. Не за три копейки, а за миллионы, естественно. Расходы на эту покупку, соответственно, увеличивали расходы, уменьшали прибыль, а значит и налогооблагаемую базу – просто и эффективно. И подобных схем довольно много, и многие из них вполне пригодны для адаптации в этом времени.
Я, конечно, мог и сам зарегистрировать инвестиционную компанию, вот только для полного контроля над заводом мне нужны акции Ромео, скупить контрольный пакет в одиночку у меня не выйдет, банально денег не хватит, да и Ромео не будет смотреть на это дело безразлично, тоже начнет скупать, тем более акции Альфа Ромео сейчас свободно торгуются на миланской фондовой бирже, так что в лучшем случае у меня окажется процентов пятнадцать, если не меньше. А ведь еще есть контрольный пакет у государства и существует вероятность, что Ромео все-таки удастся договориться выкупить его, минуя биржу. И тогда мне придется обрушивать акции. Но зачем мне этим заморачиваться, когда Ромео, как деловой партнер на первоначальном этапе для меня выгоден? Он местный, у него неплохие связи, он заинтересован в благополучии заводе как никто. Лучшего директора мне все равно не найти. А вот уже когда мы завладеем контрольным пакетом акций Альфа Ромео, выведем завод из-под государственного управления и начнем экспансию на европейский рынок, когда я начну посматривать в сторону Фиата и других итальянских автозаводов, вот тогда я уже смогу сыграть в собственную игру.
– Все, что ты сказал требует обдумывания, – заговорил Винченцо после того, как допил свое кофе.
– Хорошо, думайте, время у нас еще есть, – покосился я на бисквиты на тарелки, но сразу отвел взгляд и потянулся к портфелю, откуда достал привезенные из Мидлтауна чертежи.
– Что это? – в предвкушении уставился на них Ромео.
– Хоть вы и не оценили мои ремни безопасности, – начал я со шпильки.
Винченцо тут же меня перебил:
– Зато центральный замок внедрили. Об этом твоем изобретении написали сразу два автомобильных журнала, после чего меня завалили предложениями на покупку сублицензии.
– Отлично. Вот я и решил предложить вам очередную порцию технических новинок для Альфа Ромео – систему впрыска закиси азота в двигатель и электроусилитель руля. Права на эти два патента, как и в случае с центральным замком и галогеновых фар, я передам вам на десять лет. И за это вы мне заплатите три с половиной миллиона долларов.
– Сколько? – Винченцо резко вскинул голову от чертежей и сдернул с себя очки.
– Эта сумма пройдет только по документам, – начал я его успокаивать. – Вы лишь поможете мне ее легализовать. Кстати, ее часть пойдет в уставный капитал нашей с вами инвестиционной компании, – попутно я продемонстрировал еще один довод в пользу моего ранее сделанного предложения о сотрудничестве.
Холмы сменили горы и я, наконец, въехал в Магрельо. Найти нужный адрес мне помогли местные, возле которых я время от времени притормаживал. Вилла Ромео расположилась на берегу озера, как говорится, на первой линии. На придомовой территории уже стояло несколько автомобилей, причем не только Альфа Ромео, но были здесь и Феррари, и Мазерати, и даже Фиат, правда, не как мой подарок от Аньелли, более ранней модели. Заехав через открытые ворота, я тоже припарковался и, прихватив красного цвета мешочек с магнитиками, направился по, освещенной фонарями, дорожке к дому.
Дом смотрелся помпезно: трехэтажный, из белоснежного камня с высокими, стрельчатыми окнами, в окружении потемневшей от сумерек зеленой хвои. Возле дверей меня встречал сам Винченцо с супругой, миниатюрной женщиной с высокой прической и миндалевидными глазами. Она улыбнулась мне улыбкой хищницы, продемонстрировав ровные зубки и по-английски уверила, что рада принимать меня в своем доме.
Пятнадцать взрослых и девять детей – все они прервали разговоры, когда я прошел в гостиную, где играл мягким пламенем камин, стояла наряженная новогодними игрушками пихта и ломился под яствами длинный стол.
– Позвольте представить вам нашего долгожданного гостя из Америки – Фрэнка Брайана Уилсона третьего! – громогласно объявил меня Винченцо.
На знакомство со всеми ушло минут двадцать: каждому скажи пару слов, пожми руку, чмокни в щечку, вручи магнитик.
– Какая прелесть! – первой восторженно отреагировала на мой рождественский сувенир владелица роскошных каштановых волос, улыбчивая девушка лет двадцати, со смешинкой в по кошачьи зеленых глазах.
– Фрэнк, ты это сам сделал? Фотографии ведь из того каталога, что я тебе дал?! – подключился Винченцо. – Очень необычно, их же можно как рекламу использоваться! – сразу же увидел он коммерческую пользу.
– Ты это сам придумал? – встрял мой недавний гид по свалке Никола, который как сын хозяина дома тоже здесь присутствовал.
