До Бостона отсюда двадцать три мили, зато небольшой городок Марлборо под боком. Местные жители оперативно организовали торговлю фастфудом и безалкогольными напитками. Многие сдавали жилье приезжим на рок-фестиваль, мы тоже сняли дом для своих нужд и пару домов для музыкантов, которые уже начали съезжаться. Ими занимался Алан Фрид с парой помощников, вот этим, как и подсобным рабочим, в отличие от организаторов мероприятия, приходилось платить. Их манили бабки, а не слава.
– А вот и мистер Уилсон пожаловал! – услышал я голос Алана.
Отведя взгляд от заполненного народом поля, я развернулся в сторону растревоженного приездом большим количества гостей городка и не поверил своим глазам.
Фрид шел к нам в сопровождении молодого короля рок-н-ролла.
– Знакомься, Фрэнк, Элвис Пресли. Приехал к нам из Теннесси. Я лично его пригласил. Этот парень необычайно талантлив, и я готов поспорить на сотню баксов, что он вскоре прославится, – презентовал он мне человека-легенду.
– Спорить не буду, доверяю твоей интуиции, – не стал я соглашаться на заведомый проигрыш и протянул Пресли руку. – Фрэнк.
– Здорово вы тут все утроили! – энергично затряс ее Элвис, сияя от радости.
– Мы старались, – опередил меня Дерек. Голос его сочился ехидством, по ходу музыкантам не нравится, когда в их присутствии хвалят других.
Но я уже утратил интерес к ним обоим, сейчас меня больше занимало, как отыскать в этом столпотворении Джейка Колмана.
– Ну-ка, приятель, дай мне эту штуку, хочу тебе кое-что показать. – Говорю я бледному худому парню в очках и с черными длинными волосами. Тот сидит прямо на лужайке перед студией «Abbey Road» и на гитаре что-то играет своей подружке-японке.
Леннон, а это был он, только в образе прыщавого подростка, недоуменно хлопает глазами на странного прохожего, но все же решается передать мне свой инструмент. Девушка намного старше парня наблюдает за этим действием хмурым взглядом собственницы.
Я задумчиво перебраю струны, вспоминая мелодию, странно, до этого момента я был уверен, что не умею играть на гитаре, а затем начинаю петь. Охренеть, я еще и пою!
Сначала, аккомпанируя себе, исполняю «Let it be», затем «Come together», «Yellow submarine», «Hey Jude», на закуску «Yesterday» – и все пять песен без перерыва.
– Во выдал! – сам от себя в восторге, восклицаю я. А память-то, оказывается, у меня не просто хорошая, а идеальная! Хранит все, что я хоть раз когда-то слышал.
– Что это было? – отвлекают меня от поисков в памяти пока не кому неизвестных координат месторождений алмазов. Блин, я уже забыл об этом Ленноне. Немудрено, столько открытий за каких-то полчаса. Ладно, надо доделать то, зачем в Ливерпуль явился и отправляться с экспедицией в Австралию.
– Как что, хиты конечно, – разворачиваюсь я к подростку. Тот пялится на меня восхищенным взглядом, а его подружка – оценивающим. – Не хочешь сам попробовать их исполнить?
Леннон с азартом хватает гитару и начинает по памяти играть и петь то, что он только что слышал. Сразу становится очевидно, что таланту и юный возраст не помеха. Очень скоро у парня начало получаться намного лучше, чем у меня, а вокруг нас постепенно стала собираться толпа восторженных зрителей.
Даже из студии напротив вышли люди и принялись что-то обсуждать. Один из них вернулся в здание и через несколько минут вернулся уже в сопровождении парочки звукорежиссеров и рабочих, которые притащили оборудование для звукозаписи.
– Стоп! – обрываю я концерт и, игнорируя недовольные выкрики публики, объясняю Леннону. – Пока рано записывать эти песни. Их время еще не пришло. Сперва найди Пола, Ринго и Джорджа. И только затем можно будет идти на студию.
Джону явно не нравится, что он услышал, он то и дело поворачивается в сторону сотрудников «Abbey Road». Но, наконец, смирившись, кивает.
– И обязательно назови свою группу «Beatles»!
Парень вновь кивает, теперь уже без недовольства, смакуя новое слово на вкус. А я с чувством выполненного долга встаю с травы, отряхиваю штаны и собираюсь уходить, но в последний момент вспоминаю кое-что еще.
– И Джон, – я оборачиваюсь. – Марк Чепмен, запомни это имя. Ты должен убить его первым.
Вопросы Леннона заглушает толпа, которая начинает визжать, орать и всячески бесноваться.
– Мы открываем наш первый рок-фестиваль! – орет в микрофон со сцены Алан Фрид.
Я продираю глаза и тупо озираясь по сторонам. Присниться же такое. Чертовщина какая-то.
Разморила в тенечке, прям сидя на раскладном стуле задремал. Для наблюдения я выбрал место, откуда отлично просматривались торговые палатки, а вот я из-за отбрасываемой навесом тени оставался в невидимости. Здесь я жду Колмана.
Да, вот так незамысловато: наживка и затаившийся охотник.
