— Новое рекламное агентство, их угораздило зарегистрироваться прямо перед погромом, — Перри вновь хохотнул. — Цену я поставил чуть ниже рынка, но с условием что могу попросить их на выход, уведомив за месяц. Так что ребята ухватились за такое шикарное предложение. Их там трое друзей: молодые, да амбициозные. Может и нам на что сгодятся.
— Почему бы и нет, — отозвался я. — Реклама — двигатель торговли.
— Шварцкопфа еще сюда перетащил, — продолжил Перри. — Первый сотрудник будущего финансового департамента.
Я кивнул. Бухгалтер, что занимается моими налогами показался мне толковым и я был не против такого кадрового решения Мэтьюза.
— Сотрудников в свой отдел начал набирать?
— Пока нет. Кандидаты, что приходили, меня не устроили, — Перри поморщился. — Ладно, пока терпит.
— Мистер Уилсон, — этот женский голос заставил меня резко развернуться. — Рада вас видеть, — ее улыбка вновь всколыхнула как мне казалось отмершие чувства.
— Добрый день, — только и смог произнести я и вопросительно взглянул на Перри.
— Может вам кофе сделать? — напомнила о своем присутствии Эмма.
Как же она красива. Я не смог отказать себе в удовольствии полюбоваться ее точеной фигурой, светлыми, ниспадающими на плечи, волосами, тонкой шеей с пульсирующей жилкой и небесно-голубыми глазами, в которых легко утонуть.
— Сделай, — выпроводил сестру из кабинета Перри.
— Если ты не против, Эмма какое-то время побудет моей секретаршей, — сказал он, когда девушка прикрыла за собой дверь.
— А что случилась с ее заменой? — напомнил я о той долговязой грымзе в очках.
— Она нам не подходит, — Перри поморщился. — Но если ты против, то Эмма уйдет.
— Я-то не против. Но ты уверен, что она эмоционально стабильна?
— Она принимает лекарства! — Перри втянул в себя воздух, опустил взгляд на паркет под ногами, затем сделал глубокий вдох, видимо, успокаиваясь, и уже без агрессивных ноток в голосе продолжил. — Послушай Фрэнк, врач сказал, что Эмме необходима социализация, а ей нравятся обязанности секретаря, и она отлично справляется с ними, с клиентами Эмма спокойна и доброжелательна. Я пригляжу за ней. Обещаю. Когда она перед моими глазами, мне спокойнее, — последнее у него вышло как-то просительно, от чего он вскинулся, дернул желваками и отвернулся к окну.
— Перри, я не против, — свою позицию просителя, адвокат расценивал как унижение, и я не стал усугублять.
— Спасибо, — буркнул он. Но спустя пару секунд развернулся ко мне уже улыбаясь как ни в чем не бывало. — Пойдем, покажу тебе зал ожидания для посетителей.
— А мне нравится, — отметил я, рассматривая просторное помещение.
Тихо работал кондиционер, на свежеокрашенных стенах висели фотографии, на одной из них я с удивлением увидел себя и Шелби на пьедестале в Ле-Мане. Подпись под ней гласила «Почётный клиент адвокатской конторы Мэтьюс и партнеры Фрэнк Уилсон и Кэрролл Шелби принимают поздравления после победы в гонки 24 часа Ле-Мана». Хороший способ подчеркнуть крутость Пэрри как адвоката, ничего не скажешь.
Но не фотография была самым удивительным в этой комнате.
Напротив большого кожаного дивана на столике стоял мультимедийный комбайн, с которого началась история моих афер в штатах.
— Как тебе эта новинка? Только вчера привезли — похвастался Перри. — Телевизор, радиоприёмник и проигрыватель пластинок — три в одном. Очень удобно!
— Я в восхищении, — отозвался я, имея в виду деловую хватку Кортни Андерсон. — А как у нас идут дела с поиском земли под завод? — спросил я Перри.
Для совета директоров Альфа Ромео у меня должно уже быть конкретное предложение по устройству совместного автозавода. То есть земля под него в наличие и не абы где, а в удобном для автомобильного производства месте.
— В Буффало, который у тебя в приоритете, земля слишком дорогая, цены намного выше того бюджета, что ты выделил для этих целей. Но решать, конечно, тебе, Фрэнк. Пойдем в кабинет, я тебе покажу два участка, что подобрал агент по промышленной недвижимости, и цены на них. Но лично я не вижу причин упираться в Буффало, да он ближе всего к Нью-Йорку, но это, согласись не главное.
— Наверно, ты прав, — произнес я, шагая в обратную сторону за адвокатом.
Жаль, конечно. Буффало меня устраивало больше всего. Во-первых, территориально близко к Нью-Йорку с его большим рынком сбыта, портом и неограниченными финансовыми и трудовыми ресурсами. Во-вторых, Буффало — крупнейший металлургический центр. Это в семидесятых его значение для тяжёлой промышленности скукожится до незначительных величин, но сейчас здесь находилось сразу несколько сталелитейных заводов, которые могли стать нашими поставщиками. Ведь что такое автомобиль? Это сложнейшая конструкция из нескольких тысяч деталей, выполненных с высочайшей точностью, которые должны работать как часы. И основной материал для этого — сталь. Поэтому логично было строить завод в регионе, который в семидесятых получит название Ржавый «пояс» — территории нескольких штатов среднего Запада и восточного побережья, где сосредоточено наибольшее количество предприятий тяжёлой промышленности США.
