Перед глазами сразу же промелькнуло усталое лицо Джорджа Стейси. Я давно уже не встречался с этим несносным «бобби». Окончание войны в преступном мире отбирало все его силы, так что сейчас у него не было времени, чтобы под шумок избавляться от других ублюдков. Джордж мечтал засадить Кингпина и я не мог его винить в этом желании, правда шансов у него маловато.
-Да и опасно это. Уж лучше довериться своим кулакам, мозгам и проверенной технике, а не зелёной жиже из пробирки, что по мановению руки сделает тебя Суперменом, — возвращаясь к мыслям о суперсилах, я в который раз убедил себя, что поступил правильно, не став даже пытаться получить способности паука или кого-то ещё, — ладно. Нужно подумать о чём-то другом, а то так ненароком сломаю что-нибудь.
***
Многоэтажный дом провожал меня глухими стонами из-за дверей. Почти целый этаж жильцов остался валяться на полу, пока я, ступая между их телами, пробирался на крышу, надеясь вкусить немного ароматов Нью-Йорка, прежде чем отправлюсь на заслуженный отдых.
Чудовище из бетона и стали, пронизанное плетью теней и криков сломленных душ.
Мерзкая постройка, созданная политиками, чтобы убедить покорное стадо в их искренности и праведности. Она наполнена грязью, впитавшейся в сами стены этого места.
Лица в окнах, как черные пятна самого ада, выплескивают свои мертвые жалобы на растекающиеся по стенам вены порока и безумия. Этот могильник живых и городской суеты, он страдает и вопит от грязного гнета наркотического безумия, щеголяющего под зовущими ритмами марихуаны и кокаина. В каждом углу этого забытого Богом мирка обитает тень смерти, обращенная в искусство живописных кошмаров, тянущих во мрак грязи и деградации.
Латиноамериканская музыка, странная смесь из рэпа и народного фольклора, била по ушам, но зато она хоть немного заглушала выкрики пострадавших и искалеченных ублюдков.
Незатейливый мотив отлично походил этому проклятому месту, но с каждым пройденным шагом я слышал лишь ритм барабанов, пока остальное сгорало, сжиралось тенями, выползающими из каждого угла.
Мои руки автоматически очищали нож, покрытый кровью нескольких десятков бандитов из местного отделения синдиката. Наркоторговля всегда останется бичом этого города, но я не оставлю попыток.
Тела под ногами скрываются в мрачной тьме, застилающей мне взор. Они больше не важны, лишь беспомощны и только их мольбы по-прежнему бьют мне по ушам, заставляя кривиться под маской.
Жуткие фигуры на белой ткани искажаются в такт моим собственным мыслям, они ревут, мечутся и жаждут крови... Но её не будет. Не сегодня и не сейчас.
Я буду давить и бить всех, кто хоть как-то с этим связан, но потрошить их тела, обрывать жизни, развешивая тела подобно чокнутым ублюдкам? Ни за что.
-Мерзкий город. Ты пытаешься меня сломать?
Хотелось выговориться, сказать хоть что-то умное, но часть меня отказывалась говорить привычную пафосную чушь. Дело было сделано и теперь куда проще было просто уйти. Нет нужды выстраивать образ придурковатого героя с синдромом восьмиклассника. Мои перчатки покрыты кровью, а седина на волосах барыг лишь подтверждает, что впредь больше никто не будет считать меня придурошным третьесортным геройчиком.
-Я стану ужасом для вас всех. Столь жутким и безумным, что вы перестанете выходить на улицы, страшась моего появления.
Открыв дверь на крышу, я встал как вкопанный, ведь передо мной застыло две знакомые фигуры.
-Ты уже стал таким, Шон.
-Железный Кулак.
-Прости, чувак. Мы делаем это для твоего же блага. Просто расслабься и дай Дэнни помочь тебе...
-Делаете что?
-Бля, Паук, я же говорил тебе молчать, — Рэнд недовольно потёр переносицу, но я чувствовал ток Ци в его теле, он был готов в любую секунду сорваться в бой на полной скорости, даже выходя за пределы своих сил, — теперь всё только усложняется.
-Я говорил тебе, что глупо пытаться его обмануть. Да и вообще, если бы мы позвали Девушку-Паука, то всё бы стало в разы легче.
-Ага, вот только разборок малолеток и бесед за любовь мне тут и не хватало.
-Эй!
-Хватит этого идиотизма, — мой голос привлёк внимание обоих. Наклонив шляпу, разглядываю из-под её полей моих старых друзей, прикидывая в голове, какой у них план, — делайте то, за чем пришли или проваливайте.
-Шон, — Пит, до этого висевший вниз головой, спрыгнул на крышу, вставая на обе ноги и приближаясь ко мне, — ты чего? Мы просто хотим поговорить и помочь тебе. Сними маску и мы...
-Хочешь снять мою маску? Тогда для начала сними свою.
Мой голос явно дал понять Паркеру, что легкого решения проблемы точно не будет.
-Да в этом нет ничего страшного, — послушав меня, Пит стянул с головы красно-синюю тряпку, открывая вид на своё усталое и взволнованное лицо, — вот видишь. А теперь давай ты, дружище...
На долю мгновения я застыл, не зная, как поступить. Но сила, бурлящая во мне, подсказала, что это просто уловка, ловушка и фальшь.
«Он хочет отобрать её. Лишить нас сил, оставить простым человеком...».
Мысли пронеслись стремительно, а сам я действовал ещё быстрее. Маска это всё. Маска это Роршах. Я это Роршах.
