(100 глава-Эпилог, уже давно на бусти)
Стоя на крыше одного из бесконечных зданий Нью-Йорка, ощущая, как холодный ветер шевелит мой плащ, я разглядывал его...
Мой город… Нью-Йорк.
Город, который никогда не спит, и даже несмотря на все трагедии, после которых остались лишь шрамы, он продолжает кружиться в своем ритме. Люди снова возвращаются к своей рутинной жизни, улыбаются и смеются, как будто ничего не произошло. Они не замечают, как мимо них проходят тени, но это и есть суть их жизни — не замечать, не видеть, не волноваться.
Патрулируя улицы в ночи, я вижу, как в заброшенных переулках всё ещё прячутся улики старых преступлений.
Банды, суперзлодеи, мафия — они всё ещё здесь, но не так мощно, как раньше. Их влияние потихоньку ослабевает, и на фоне этого мрачного зла, жизнь, кажется, пробуждается.
Люди начинают забывать о страхах, которые преследовали их, словно кошмары в полумраке. Они строят свои надежды на каждый новый день, как на блестящем мозаичном окне, где даже трещины стали частью целого.
Глядя из-за края крыши, я вижу детей, смеющихся на площадях, парочки, гуляющие под дождем, стариков, которые сидят на скамейках и делятся историями, полными мудрости.
Это – их маленький мир, не омраченный моими забирающимися в душу мыслями. И я не хочу, чтобы их свет затмила тьма, которую я вижу. Они еще смогут радоваться жизни, потому что за ними стоят настоящие герои. Мстители, защитники, что встали на защиту этого города, делают всё возможное, чтобы сохранить его от зла.
Я всё ещё чувствую, что это место не идеально. Но именно в этом несовершенстве я нахожу своё утешение. У каждого человека есть своя тёмная сторона, но именно это делает их настоящими.
И всё же мы продолжаем двигаться вперёд, несмотря на страхи. Мы учимся, мы восстанавливаемся. Да, жители могут не понимать, кто я, что я...
Для них я просто призрак, нечто тёмное и недосягаемое. Но для меня Нью-Йорк – это не просто город. Это живой организм, который дышит, страдает и радостно смеётся, даже когда у него на душе тяжело.
Так пусть даже в этой городской симфонии, где свет и тьма переплетаются, остаётся кусочек той разрозненной надежды. Пусть не идеальный, но настоящий Нью-Йорк продолжает жить, давать людям возможность видеть радость в каждом новом дне. Пусть мир спасателей оберегает их, чтобы они могли наслаждаться своей жизнью, пока я продолжаю быть тем, кто стоит на страже настоящего, самым непростым и жестоким образом. Ведь я — Роршах и мой труд никогда не будет легким, но у меня есть цель...
-Защитить этот город...
-Ты зря вновь начал курить, это тебя красит, но не все любят аромат сигарет и поцелуи с пепельницей... Хотя, я бы и с пепельницей поцеловалась, если бы могла.
Приземлившись рядом со мной, Анна-Мария устало и печально выдохнула, поджимая свои пухленькие губы. Плечи девушки поникли и, казалось, она несёт на своей спине невероятный груз, который с каждым днём становится всё тяжелее.
-Курт работает не покладая рук над твоим случаем, считая, что на основе твоих сил сможет создать универсальную сыворотку для всех мутантов, а не высчитывать её под каждого бедолагу по отдельности.
-Знаю, знаю, — встав рядышком, девушка приложила голову на моё плечо. Даже в этом милом и простом проявлении симпатии она была напряжена до предела, боясь коснуться меня открытым участком кожи, — просто я...
-Устала ждать?
-Наверное. Скорее да, чем нет. Я... Это сложно, Шон. Ты же и сам знаешь.
-С трудом пытаюсь представить, но и это сложно.
-Да... Очень сложно.
Её руки, запакованные в плотный слой кожаных перчаток, обхватили меня под локоть, сжимая с не человеческой силой. Втянув носом аромат моего парфюма, Анна прикрыла глаза, пытаясь насладиться моментом.
-Даже Фел уже перестала смеяться над этим...
-Ну, после того, как ты подглядывала за нами, это было...
Женская ладошка с хлопком ударила меня по плечу. Зарумянившаяся девушка спрятала глаза, взмахнув гривой своих шикарных волос. Прикусив нижнюю губу, она пыталась бороться со смехом, стыдом и капелькой разочарования, но постепенно проигрывала.
-Теперь она уже по-другому реагирует на это.
-Действительно, — вспомним похабное выражение своей девушки, которая могла в процессе сорваться за своим дневником, дабы детально описать какие-то моменты в своём фанфике, я не смог удержать улыбки. Фелиция не менялась, а ведь прошло уже столько времени, что даже ей пора было повзрослеть. — Но в этом есть своё очарование.
-Пф, ты просто балуешь её. Хотя, учитывая, что вы порой вытворяете, я этому не удивлена...
-Ох, слишком откровенно.
-Оу, неужели великий Роршах, гроза преступности и непримиримый борец со злом... Стесняется откровенных тем. —Прильнув ко мне всем телом, Анна ухватила меня за края плаща, подтягивая ближе к себе. — Можешь... Пожалуста?
