— Возьмут на себя, — сразу согласился Греков, пока я не пригреб его подчиненных куда-то еще.
Самим мужикам роль батарейки не понравилась, чего они даже не пытались скрыть. Но только мимикой, слова ни одного поперек не сказали.
— А с обучением? — поднял беспокоящий его вопрос Греков.
— Сегодня и начнем. Но я хочу немного поменять план.
— Почему?
— Не уверен, что неактивные заклинания у вас станут активными после изучения соответствующих разделов.
— Засада, — сразу посмурнел Греков. — Будет обидно, если останусь без трех важных заклинаний.
— Сегодня и проверим. Но в ДРД вроде не было жесткой привязки к стихийной магии. И все же без нее часть заклинаний сразу будет недоступна. Поэтому предлагаю такой порядок: Воздух, Земля, Жизнь, потом ДРД, а за этим блоком Целительство первого уровня.
— Целительство-то зачем? У них всегда с собой куча алхимии.
— Первый уровень целительства дает повышенную регенерацию, что им точно не лишнее.
— А еще возможность подлечить себя или товарища, когда зелья закончатся, — подал голос один из бойцов.
— И это тоже, — согласился я. — Но чтобы оптимально использовать конкретно эти знания, нужно будет разбираться, там не все так просто, как в других разделах.
— Разберемся. Курс первой помощи прошли, теперь пройдем курс первой целительской помощи, — усмехнулся тот же боец, который явно был главным в своей пятерке. — Это реально правильные знания.
— После Целительства примерно через неделю — Огонь и Вода.
— Нам план нравится. Еще что интересного можно получить?
Я задумался. Ментальную магию и магию Пространства по здравому размышлению решил не отдавать, но было у меня одно умение, которое вроде как самому не нужно, но, как уверял Песец, полезность которого я просто не могу оценить.
— Есть магия Смерти. Теоретически с ее помощью можно разговорить даже труп, но практически я ее не брал и не могу сказать, насколько она будет полезна. К магии Воды идет магия Льда, к магии Земли — магия Металла.
Об умении открывать Проколы я тоже умолчал. Вряд ли оно понадобится для успешного выполнения заданий. Не стоит такое умение отдавать в чужие руки, даже если они принадлежат людям, опутанным клятвами.
— Всё берем, — решил старший пятерки.
— Всё так всё, — согласился я. — Сейчас устраивайтесь, передача знаний пройдет вечером.
— Почему только вечером?
— Потому что после этого очень хочется спать. Думаю, дело в сильной нагрузке на мозги, которая так легче воспринимается.
— Мы же на первом уровне не остановимся?
— А дальше надо как-то расписывать. Здесь такое дело. Чем больше используешь, тем скорее можно брать следующий уровень. К сожалению, у меня нет возможности проверить вашу готовность. Если брать уровень раньше времени, можно что-то не получить. Поэтому делаем солидные перерывы. Перерыв будет три месяца при условии, что вы постоянно все отрабатываете. И да, следующие уровни подряд брать будет нельзя.
Греков отправил подчиненных к дворецкому для заселения, а я с удивлением узнал, что у меня появился дворецкий. Да, такими темпами скоро свободных комнат не хватит.
Это я, конечно, немного преувеличил: особняку до полного заполнения еще ой как далеко. Но мне он нравился, когда был не столь заселенным. Не надо было каждый раз оглядываться и думать: увидят или нет что-то ненужное посторонние. Потому что клятвы тоже бывают разные. Для обслуги используют менее жесткие, а к чему это приводит, прекрасно показала история Коленьки. Необыкновенно скользкий был товарищ и если бы не вернувшаяся с него метка, то я бы заподозрил, что он и при взрыве уцелел, только посчитал необходимым это скрыть. Хорошо что у меня было с чем сравнить. Живетьева мою метку сбросила, но это случилось быстро, а вот Колина именно затухала. Так что без вариантов.
— Переговорные устройства можно пока оставить себе?
— Можно. Но использовать постоянно их нежелательно, — напомнил я.
— Павел Тимофеевич приедет — и снимем, — согласился Греков. — Кстати, он говорит, что цесаревич отдал приказ бить на поражение при обнаружении Живетьевой…
Греков подошел ко мне слишком близко, и Глюк рыкнул. Столь продолжительное служение давалось ему тяжело — он и раньше сидел с трудом, а сейчас только непонятно откуда взявшаяся ответственность не позволяла ему уснуть. Пришлось взять его на руки и тихо сказать: «Свои».Щенок успокоился, тем более что Грекова он уже знал, а посторонние, незнакомо пахнущие люди уже ушли, пусть и оставили свой запах.
— Цесаревич считает, что лучше остаться совсем без реликвии, чем позволить Живетьевой ее перенастроить.
— Я сомневаюсь, что у них получится что-то, кроме как разозлить Живетьеву.
— Я тоже, — признался я. — Но если она сосредоточится на наследнике императора…
— То нас она тоже в покое не оставит. У нее прям пунктик в отношении нашего княжества. Мне дадут знать, если ее засекут, но мы и сами ищем. Осторожно, конечно.
