Героиня романа, Натали, потерявшая в результате автокатастрофы память, влюбляется в мужчину, которого прежде отвергала. Однако память к ней постепенно возвращается, и это ставит ее любовь под угрозу.
Много дел можно переделать за два месяца, удовлетворенно подумала Натали Хэйс, поднимаясь из вестибюля «Риджент-отеля» по главной лестнице, ведущей в ресторан. Она собиралась сегодня продемонстрировать Дамиану Чандлеру, как можно преобразиться всего за два месяца. Ленч предоставлял ей великолепную возможность доказать Дамиану, что она больше в нем не нуждается: она в состоянии сама о себе позаботиться. Пусть он оставит при себе чувство долга или вины.
Она снова в хорошей форме; ее экстравагантное оранжевое платье уже не напоминает о трауре. Как раз наоборот, оно подчеркивает женственные линии ее фигуры, удачно сочетаясь с легким загаром и с белокурыми прядями модно постриженных волос. Дамиан теперь никак не сможет назвать ее призраком прежних дней.
Щеки ее порозовели, и лицо не казалось осунувшимся. Глаза цвета янтаря она подвела золотисто-коричневыми тенями. Короткая стрижка была ей больше к лицу, чем длинные волосы, которые она перед тем не стригла целый год. Натали была довольна своей внешностью: она снова стала хорошенькой, помолодела и облик ее соответствовал требованиям моды.
Новым человеком входила она теперь в одну из самых дорогих гостиниц Сиднея.
Натали бодро ступила на лестничную площадку, ведущую к залу ресторана. Посмотрим, как поражен будет Дамиан, думала она. Пусть зарубит себе на носу, что она больше не нуждается в его поддержке или советах, да и критические замечания ей ни к чему. Всем этим она сыта по горло, пора покончить с его опекой раз и навсегда.
Она увидела его сидящим на диване рядом со столиком метрдотеля: Дамиан слегка наклонился, разглядывая напиток в бокале. Несмотря на усталость после долгого перелета, он выглядел так же привлекательно, как и прежде. Его элегантный серый костюм-тройка был сшит, по-видимому, в Гонконге из модной ткани с шелковой нитью.
Дамиан поднял голову и увидел ее.
Выражение его лица озадачило Натали. Разумеется, он был удивлен: этого она добилась. Но Натали не ожидала, что он замрет на месте и свет в его глазах угаснет, а взгляд уйдет куда-то вглубь.
Это было так на него не похоже, что вызвало в ее душе самодовольную улыбку, но в то же время по спине пробежала дрожь. Натали остановилась. Ее охватило чувство утраты чего-то привычного, вдруг отнятого у нее.
Никогда прежде не видела она Дамиана Чандлера таким растерянным. Обычно он владел собой и умел распоряжаться всем и всеми вокруг себя. Что же с ним произошло теперь? Он никогда никому не открывал душу.
В течение нескольких секунд потрясение сменилось страданием, исказившим его лицо, затем набежавшую тень гнева скрыла натянутая улыбка. Поставив бокал, он поднялся ей навстречу.
– Натали...
Ему удалось придать голосу любезность, хотя она сомневалась в его искренности.
– Как я счастлив видеть вас такой жизнерадостной!
Дамиан славился умением делать комплименты. Натали не раз слышала подобные слова в адрес дам, с которыми он общался. Наконец и она удостоилась комплимента – Дамиан сказал именно то, что она хотела услышать. Но чего-то все-таки не хватало. В его взгляде не было одобрения.
Впрочем, для чего ей его одобрение? Просто... ей хотелось, чтобы он признал ее правоту, способность ответить на его попреки, прозвучавшие во время их прошлой встречи.
Но тут Дамиан, подойдя к ней, взял ее за руки, словно бы это было вполне естественно с его стороны. Натали неоднократно наблюдала, как он обходился таким же манером с другими женщинами, иногда даже сопровождая движения рук легким поцелуем. Правда, ее он никогда не пытался поцеловать. Ни разу! Даже когда был шафером на ее свадьбе с Бреттом.
Мышцы ее предплечий напряглись, будто от его рук к плечам пробежал электрический ток. Что же это такое происходит? Дамиан не должен выходить за рамки сложившихся между ними отношений, ведь он был закадычным другом покойного Бретта и его деловым партнером. Может, ему наскучило играть роль телохранителя вдовы Бретта? Такое неожиданное поведение меняло все коренным образом.
Слава Богу, он обошелся без поцелуя. Натали опасалась своей ответной реакции. Тепло и сила пальцев, ласково сжимавших ее руки, слишком сильно на нее подействовали.
– Когда я прощался с вами, вы были похожи на собственную тень, а теперь расцвели снова, – произнес он с некоторым недоумением. – Вам пошло на пользу мое отсутствие. Или появилась причина такой разительной перемены?
Натали пожала плечами.
– Причин много. – Он сам был одной из них. Она натянуто улыбнулась. – Разве вы не старались вернуть меня к прежней жизни?
– Результат потрясающий.
– Но вам это, кажется, не по вкусу.
– Я еще не освоился с впечатлением и не могу судить.