«Караван историй» – захватывающие и всегда интересные истории, которые рассказывают об известнейших людях, исторических событиях и традициях народов мира. Основные рубрики: «Искусство жить», «Звездный след», «Love Story», «Династия», «Фантазии», «Гороскоп», «Империя». Корреспонденты и фотографы «Каравана историй» делают все для того, чтобы читатель получил как можно больше достоверной и увлекательной информации на заданную тему.
Как же я ликовала! Анатолий Эфрос пригласил меня в Театр на Малой Бронной! Увидел на сцене ленинградского «Ленкома» и позвал. Он приезжал на гастроли с московским Театром имени Ленинского комсомола. С Анатолием Васильевичем была жена Наташа Крымова – великая женщина, умная, эрудированная, обладавшая невероятным чутьем. Убеждена, не только мужчины способны ваять Галатей. На мой взгляд, Крымовой принадлежит немалая заслуга в сотворении режиссера Анатолия Эфроса. Наташа была известным театральным критиком, искусствоведом, до сих пор цитирую ее своим студентам.
Я приехала в Москву и начала репетировать в пьесе «Платон Кречет». В один прекрасный день на прогон пришла прима Оля Яковлева. Когда Эфроса «попросили» из московского «Ленкома», она не раздумывая ушла за ним. Оля решила полюбопытствовать, что за актрису пригласил Анатолий Васильевич.
Он так меня хвалил! Так был доволен моей работой! А еще, как нарочно, Тоня Дмитриева ходила и на каждом шагу приговаривала: «Какая артистка пришла! Ах, какая артистка!» Вот Яковлева и заинтересовалась. И артистки этой тут же в театре не стало. После того как Оля меня увидела, на сцену у Эфроса я больше не вышла.
На лето театр уехал на гастроли, а поскольку я была «новенькой», занятой лишь в репетициях одного спектакля, то осталась в Москве. И вскоре узнала, что мою роль отдали другой актрисе, жене Толи Грачева. Осенью, когда Эфрос вернулся, пошла к нему и подала заявление об уходе.
– Ты не понимаешь, что значит театр! – вскричал Анатолий Васильевич. – Все предъявляют мне требования. Вот заявление Льва Дурова: если его жена Кириченко не сыграет кормилицу, грозит уйти из театра. Кто, по-твоему, должен получить роль – Дмитриева или Кириченко?
– Конечно Дмитриева!
– А играть будет Кириченко!!! Потому что мне нужен Дуров!
Режиссеры создают актеров. По интонациям артистов слышу, кто их вырастил из своих клеток. А им-то кажется, будто сами по себе гениальные. Вот и Дуров, которого «оживил» Эфрос, вложив в Леву все, что зазвучало, засверкало, решил: он таким и родился.
– Ты обязательно будешь играть! – успокаивал Анатолий Васильевич, пытаясь примирить с тем, что роль у меня отняли.
Искренний человек, он плакал, когда говорил со мной. А уж как рыдала я, объяснять не надо. Эфрос – моя голубая мечта! Всегда хотела понять, почувствовать, как этот гениальный режиссер работает с актером, лепит из него образ, открывая грани, о существовании которых ты даже не подозревал. В каждом его спектакле были выдающиеся актерские работы!
Он никогда не давил своим авторитетом, талантом. Хотя коллектив ему достался чудовищный. А прима Яковлева, чтобы зарядиться перед выходом на сцену, швыряла в сердцах в гримеров расчески, пудру. Мне ли не знать, ее уборная находилась через стенку от моей. «Вдохновленная» таким диким образом Яковлева играла спектакль. Женщина она красивая и умная, артистка хорошая, но целиком и полностью созданная из ребра Эфроса. Все интонации, движения и жесты вложил в нее он. Муж Яковлевой, знаменитый футболист московского «Спартака» и сборной СССР Игорь Нетто, жену обожал и не вмешивался в ее театральную жизнь.
Когда умер Эфрос, Оля страдала и должна была тоже умереть, не иначе, но ее поддерживали и погибнуть от горя не дали. В итоге Яковлева уехала во Францию. Повторюсь, она хорошая актриса, но разве это повод, чтобы театр покинули Михаил Козаков, Александр Ширвиндт, Олег Даль?
Почему они так сделали? Яковлева могла, например, запросто пропеть партнеру прямо во время спектакля: «Не за-а-гора-а-жи-ва-а-ай меня!»
Кто-то сочиняет или пересказывает слухи, а я говорю лишь о том, чему сама была свидетелем. Оля не терпела никакой конкуренции.
Эфрос очень Ольгу любил. Как-то среди ночи позвонил Петру Фоменко, снявшему Яковлеву с роли:
– Петя, это Анатолий Эфрос, я хочу тебя увидеть.
– Что случилось?!
Анатолий Васильевич пришел просить за нее: мол, иначе Оля умрет, она в истерике, страдает… Яковлева была для него всем, без нее он жить не мог. А ведь рядом все это время находилась жена Наташа, это не могло на ней не отразиться. Такие ситуации не проходят без последствий. Крымова тяжело заболела, ее прооперировали, но спасти не смогли, она умерла…
По просьбе Эфроса, не иначе, Яковлева позвонила мне и попросила забрать заявление об уходе с «Малой Бронной». «Пусть лежит, где лежит!» – ответила я. Сказала, а внутри все переворачивалось от несправедливости и обиды.
