Он дёрнулся и лаборанту пришлось подхватывать тело девочки. Глаза русского горели ненавистью. Роберту казалось, что он больше ничего и никогда не сможет чувствовать. Одно-единственное сказанное шёпотом слово показало как он ошибался. Иуда! Предатель. Тот кто повесился на осине не в силах нести груз своих грехов.
-Мне нужно идти– сказал Роберт когда с него сорвали сегменты брони и они, словно чешуйки сброшенной сухой кожи лежали на полу.
-Как вы не понимаете, мне нужно идти наверх– он рванулся. Отшвырнул чью-то руку и тут же получил поддых. Ещё один удар. Ещё: –Как вы не понимаете!
Тонкий липкий кабель заменивший верёвку больно сдавил запястья. Наверное пережал там все сосуды, но он побеспокоиться об этом потом.
-Пожалуйста– шептал Роберт –Я должен идти. Должен сказать Алисии…
Почувствовав как управление собственным телом возвращается к ней, Ташка произнесла: –Иуда.
Только одно слово, больше не смогла. Она надеялась, что Роберт помнит эту старую сказку и не станет себя винить за убийство Кассиопеи. Ведь по сути оно было самоубийство. Ученик предал учителя с его молчаливого одобрения и попущения. Ташка хотела сказать Роберту, чтобы он не казнил себя за чужие решения. Сил хватило только на одно слова. Она надеялась, что он поймёт.
