-Передавай привет другу– попросил Николай Александрович –От одного желчного старика и технофоба становящемся с каждым годом всё более старым, желчным и подозрительным.
-Ещё чего не хватало– разозлился Рубан –Иди отсюда пигалица и расскажи своему виртуальному дружку, что я внимательно за ним наблюдаю. Пусть только попробует выкинут какой-нибудь фортель и тогда мне удастся схватить его за несуществующую руку.
Ташка всё же вызвала доктора и дождалась в коридоре пока институтский врач, молодой, черноволосый и кучерявый не выйдет от живой легенды.
-Напугал он тебя?– спросил врач.
-Это всё из-за того, что дымит как паровоз. Искусственное лёгкое скоро загадит– пожаловался доктор –И отобрать трубку нельзя. Он настолько привык к табаку, что иначе моментально загнётся. Печально видеть великого человека в столь жалком состоянии.
-Во время приступов у Николая Анатольевича обостряется паранойя, может появиться мания преследования. Однако существует замечательная поговорка: если у вас мания преследования это не значит, что за вами не следят на самом деле.– пошутил врач –Он тебе что-нибудь говорил?
-Рассказывал истории из того времени когда был молодым
Врач понимающе прищёлкнул языком: –Все старики страдают этим недугом и излечить от него медицина бессильна.
В расстроенных чувствах Ташка вернулась в лабораторию профессора Гальтаго. И не узнала лабораторию. Прямо по середине лаборатории, на свободном от столов пространстве, Виталий кружил Римму. Стоило Ташке войти как с Римминой ноги слетела туфелька уносясь по параболической дуге куда-то в угол. Профессор тоже был здесь, но вместо того чтобы проявить строгость резал на пластики арбуз и улыбался. Замершая в дверях Ташка попыталась придумать повод способный вызвать в лаборатории увиденное веселье, но не смогла.
-Добрый вечер– произнесла Ташка привлекая внимание: –Здравый смысл вызывали? Что такого хорошего могло случиться в моё отсутствие и почему именно в период отсутствия?
С Римминой ноги слетела вторая туфелька, пронеслась в опасной близости от замершего с ножом над арбузом профессора, ударила в стену и упала на стол. Между прочим на Ташкин рабочий стол.
Отпустив любимую Виталий закричал богатырским басом не предпринимая попытки приглушить могучий голос: –Практикантка, где ты пропадала?!
Покачнувшись, Римма осторожно, держась за столы, добралась до Ташкиного стола, одела туфельку и огляделась в поисках второй.
-Наташенька, у нас радостное событие– залепетал Сергей Иванович. Арбузный сок запачкал его брюки. Неровно нарезанные пластики красно-зелёной горкой лежали на фарфоровом блюде поверх старых распечаток исчерченных графиками и схематичными изображениями нейронных сетей извлечённых из вскрытых зародышей.
-Да что случилось?– разозлилась Ташка.
В волнении Сергей Иванович взмахнул ножом отправляя в полёт кусочек арбузной мякоти: –Новый аромат Витеньки допустили к участию во всесоюзном конкурсе аромат-мастеров.
-Не может быть!
-Ещё как может– провозгласил басом Виталий –Завтра лечу в Москву!
Тогда Ташка закричала: –Поздравляю!– И бросилась на шею растерянно улыбающемуся великану.
Он закрутил её, а Римма спросила: –Никто не видел куда моя туфелька улетела?
