– Она из серебра, так что независимо от художественной ценности стоит немало. Плюс возраст, конечно. Ее можно выставить на аукцион, если желаете, – предложил эксперт. – Я посодействую и комиссионные возьму ничтожные.
Он был пенсионером – лысоватым и обрюзгшим, с землистым цветом лица, – но, судя по обстановке дома, в средствах не нуждался.
– Я не хочу продавать вазу, – заявил Ордынцев. – Просто интересуюсь.
– Понятно… Вы коллекционер?
– Начинающий, – соврал бизнесмен. Впрочем, эта ложь вполне могла стать правдой. – Раньше я был равнодушен к старине, но друзья заразили меня поисками сокровищ, древними артефактами.
– Какие у нас в Таманском заливе сокровища? – усмехнулся эксперт. – Глиняные черепки и обломки мрамора?
– А Фанагория? Об этом городе писал Страбон![4] Часть города затоплена, и на дне можно найти…
– Не слушайте вы всяких фантазеров, – с усмешкой перебил эксперт. – Что такое Фанагория? Греческий полис. Это вам не затонувший Порт-Ройял, напичканный пиратской добычей! Если вам некуда девать деньги, займитесь лучше Змеиным островом[5]. Приходилось слышать?
– Не-ет…
– Древние греки считали, что на этом острове находится вход в преисподнюю. Иначе говоря, в царство мертвых.
– Вы серьезно? – оживилась Руслана. В ней проснулся азарт журналистки, охотницы за сенсациями. Однако эксперт охладил ее пыл.
– Насчет преисподней сомневаюсь, а вот знаменитый храм Ахилла был расположен именно на Змеином.
– Там водится много змей?
Эксперт на это только пожал плечами.
– Должно быть, когда-то они охраняли преддверие ада, – пошутил Ордынцев.
Гораздо больше Змеиного острова его волновала найденная на морском дне ваза, обладателем которой он стал.
– Зря вы так, – покачал головой эксперт. – Существует гипотеза о наличии на острове карстовых пещер. Их пытаются найти как на суше, так и под водой. В пещерах жрецы храма могли прятать от пиратских набегов предметы культа и прочие драгоценности. Главной святыней острова был щит Ахилла, героя Троянской войны. По легенде, его выковал сам Гефест.
– Бог огня и кузнечного дела? – игриво осведомилась блондинка.
Ее эрудиция не произвела впечатления на эксперта. Он терпеть не мог женщин легкого поведения. А блондинка была явно из их числа. Небось без зазрения совести крутит любовь с этим толстосумом.
– Щит Ахилла мечтал найти еще Генрих Шлиман, который раскопал Трою, – добавил он. – Тот, кто отыщет эту вещь, войдет в историю.
– Я не претендую на лавры Шлимана, – сказал Ордынцев. – Мне бы с вазой разобраться. Я приехал за консультацией.
– Да-да… я помню, – кивнул эксперт, продолжая изучать вазу. – Занятная штуковина. Две нимфы, играющие в кости. Где-то мне встречалось нечто похожее… Дай бог памяти!
Он оторвался от вазы, поправил очки и поднял на гостя глаза с набрякшими веками. Повторил:
– Дай бог памяти…
Но Всевышний, очевидно, не внял его просьбе. Потому что эксперт так ничего и не вспомнил. Зато Ордынцев спохватился и достал из кармана глиняную табличку с нацарапанной надписью.
– Вот, – заявил он, протягивая табличку эксперту. – Это было внутри вазы. Буквы, кажется, латинские, но я в латыни мало смыслю…
– Ваш заказ…
Официант поставил на столик салат из крабов для Русланы и запеченного лосося для Ордынцева.
– Хватит пить, Макс! – взмолилась блондинка, когда официант удалился.
– Я не собираюсь садиться за руль, – отшучивался тот.
Он уже опрокинул несколько рюмок ледяной водки, но не чувствовал опьянения.
– Тебе налить? Не дуйся. Надо обмыть чудесную находку!
Руслана рассерженно кивнула. Что ж, если он решил набраться сегодня, она последует его примеру. Наклюкается в зюзьку, и пусть он выносит ее из ресторана на руках. Это лучше, чем ничего.
– Как мы доберемся до гостиницы?
– На такси… – нарочито весело рассмеялся бизнесмен.
Он без трепета погладил ее по руке и снова потянулся к рюмке. Композиция на столике напоминала Руслане голландский натюрморт – графин с водкой, бутылка белого вина, синие тарелки, хлеб, лимон, горка салата, розовый лосось и старинная серебряная ваза посередине. От этого натюрморта ее отчего-то пробирала жуть.
– Ух ты моя красавица! – вымолвил Ордынцев, причмокивая губами.
Комплимент был адресован не Руслане, а вазе, и это покоробило блондинку. Макс, поди, способен свихнуться на древностях, как некоторые коллекционеры, которых она знала. Таким людям
– По-моему, тебе стоит продать вазу, – посоветовала она.
– Продать? Ты что, Русик? Мне невероятно повезло! Я не ожидал, что ребятам удастся отыскать на дне что-то стоящее. Думал, мы просто развлечемся немного.
– Неужели ты не понимаешь, Макс? Эта ваза… она не случайно оказалась в мешке с камнями. Ее нарочно утопили!
– Чтобы я ее нашел? Кто же мой благодетель?
– Не знаю. Я бы на твоем месте избавилась от вазы. Ты не чувствуешь никакого подвоха?
Он нахмурился и хлопнул ладонью по столу.
– Так… баста! Если ваза поддельная – она все равно мне нравится. Я оставлю ее себе, чтобы не рисковать.
